Слишком поздно для сожалений: Триумф брошенной любовницы

Алевтины

мягкому ковру к его кабинету, и с каждым шагом театральные рыдания Екатерины становились вс

ос был густым от фальшивых слез. - Все смотрят на меня так, б

нис, его голос был низким, утешающим рокотом. - Не слу

ое прикосновение, которое он бесчисленное количество раз дарил мне после особенно жестокого заседания совета дире

серьез клиент? И сколько раз он просто слушал, кивал и отделывался пустыми банальностями? Ни разу он по-настоящему не защитил мен

когда. Ни до моих чувств, ни до моих трудностей, ни до моей боли. Я была лишь ресурс

в внезапно наступившей тишине. Рука Дениса, которая явно лежала на плечах Екатерины, мгновенно упала

м, на его красивых чертах

нужно? - его тон был

ем, что я прервала ег

обормотала я, мой голос был едва слыш

н, сверкнув глазами. - Потому что, откровенно говоря, Алевтина, твоя ревность становится не

газлайтингом, обвиняя меня в том, чего я уже даже не чувствовала, ос

ачала я, но о

тно говоря, твое поведение не помогает. Я думаю, ты дол

, все те разы, когда я оправдывала его поведение, убеждая себя, что он просто «

рот. У меня не осталось сил бороться. Не оста

ледний клочок моего достоинства будет сорван здесь, в этом кабинете, на глазах у человека, котор

вуя странную отстраненность, сло

ым всяких эмоций. - Я прошу прощения. Я... прошу прощ

ик сделан из стекла и вот-вот разобьется. Я застыла в поклоне, ожидая какого-то ответа,

а, твердая и непреклонная, надавила мне на крестец, пригибая м

ухо, его дыхание было горячим на моей коже. - Пок

ший сотрудник, размахивая разбитой бутылкой. Денис стоял прямо передо мной. Я инстинктивно оттолкнула его в сторону, приняв на себя основной удар о тяжелый мраморный

зможно, ему никог

ой силой, огонь распространялся по м

ерины вернул меня в реальность. Она подошла ближе, ее глаза блестели

отпустил меня. Я пошатнулась, схватившись за бок, перед глазами все поплыло. Его взгляд встрети

вернулась и вышла из кабинета. Каждый шаг был агонией, физической и э

жгучие, но беззвучные. Они были не по Денису. Они были по той наивной, полной надежд женщине, которо

ействитель

й Аксенов». Я распечатала документ, подошла к его рабочем