Преданный любовью: Месть гения

лялся за зарешеченные окна санатория «Со

те. Она прижала колени к груди. Тонкая, выцветшая больничная рубашка

из ветвей гипотезы Римана. Комплексные переменные и формулы строили неприступный д

аздался тяжелый металличес

таршая санитарка. Ее туфли на толстой резиновой под

х. Это была кислая вонь гниющей р

ький поцарапанный пластиковый столик. Сера

ежету наждачной бумаги. «Ты все тот же мусор, который выбросила

. Ее взгляд был прикован к трещине в стене, пока в

могла пробить. От этого лицо пожилой жен

, когда я с тоб

стые пальцы вцепились в корни

ла шею, когда Марта дернула ее голову назад, заставля

рак, сумасшедшая сук

олодным, таким пугающе спокойным взглядом, что у санитарки перехватило дыхание.

из колеи. Чтобы скрыть внезапный приступ тревоги, Марта занесла свою

ткий, ритмичный стук д

прямо у отк

рях стоял Леонид Соколов. Его сшитый на заказ костюм от Том Форд выгля

сы Аделины. Она отскочила н

звился до тошнотворно-сладкого визг

мная работница распускает руки по отношению к члену его семьи, несмотря на его собственную ненависть к ней. «Вы уволены», - пр

атиновую запонку и ука

ого ужаса, выскочила за д

ее босым, грязным ногам, мешковатой рубашке и красным следам, про

кий зверь», - сказал Леонид. Его голос был ровным, б

ленно поднялась. Суставы ныли от сырости, но она

лос был хриплым от долгого молчания, но твердым. «Т

а. Он достал хрустящий белый документ. В

гой по ладони. «Сегодня вечером в гостинице «Метрополь» с

три, но она сохранила бес

у. Ты опустишься на колени перед тремя сотнями руководителей крупнейших финан

пахло дорогим кедровым

о, я подпишу эту бумагу. Твое принудительное

льцы в тугие кулаки, ногти впились в ладон

одставила. Преклонить колени перед семь

Это был ее единственный реальны

сницы, позволив плечам поникнуть в

е голос был тихим, покорным и мер