ишло бе
она проспала всего на десять минут, но это всё равно чувствовалось как поражение. В комнате было
. Пол был ледяным, но она не стала искать т
сохла коричневая корка. Офелия посмотрела на неё, потом на календарь
а у окна и, не сделав и глотк
-
д. Пятна
ей краской и цепью, которую приходилось смазывать машинным маслом
зак к багажнику и поехала к трассе. Ветер дул в лицо,
кончился. Потом лес. Потом долгая
не спросил, куда ты едеш
й никогда никто не стоял. И когда до поворота на трассу, ведущу
яжелее, будто кто-то держал его за багажник. Пото
нутый почти пополам - торча
от гвоздь, и в горле поднималась злос
еры. Ни насоса.
ес, трасса, пустые поля. Колесо скребло п
ила велосипед в подвал, не заперев
-
я мор
ла глоток - горький, невкусный
ираться
тичку. Выходя из квартиры, задержалась на
я они
лопнула
-
пришло снова - липкое, тяжёлое
естнадц
у, сделала мысли вязкими, как патока. В три часа ночи она
вещей. Только
атывая из темноты мокрый асфальт и разметку. Лес стоял п
лядываясь. Считала ша
а. Три.
асса и темнота, и луна, которая пряталась за обл
она вышла к с
гой с
ьные дома и чувствовала, как внутри что-то обрывается
т, - та поверила, потому что Офелия никогда не врала. Просидел
е ча
-
вошла в
адывала кисти, проверяла сро
я рано, - с
охо
ты хорош
тку, повесила на вешалку, вкл
е мигнуло
. Жаль, что ты не с нами. Я
экран. Потом убрала тел
не п
оста
лжна о
а села на фонарный с
е са
отвер
/0/23791/coverbig.jpg?v=c2a5d8efeebbcc0fe69dfdc3f685a350&imageMogr2/format/webp)