Оскорблённая бывшая: Восставшая из пепла

ми

ну, и каждый щелчок отскакивал от безмолвных машин и тёмных колонн. Поздно –

довлетворение от того, что я наконец-то увидела её истинное лицо. Я шарила в сумке в п

оте хлопнула

олько гудение люминесцентны

на. Я сбросила вызов – и заметила,

кра

ись шаги. Неск

буви. Лифт находился за углом, за рядо

ляемся, госп

лечий, одет в чёрное. Профессионал. Двое други

не случайн

вным, хотя сердце колотилось о рёбра. – И у м

Не доброй улыбкой: «Боюс

начала носить его с собой сразу после подписания

ться в тени, – он шагнул ближе. – М

а. Перцовый баллончик п

инула каблуки на ходу и рванула к лифту. Двое д

ко. Ещё

я за волосы и рывком потянул назад. Сумка выле

, – в голосе первого – бол

ась – пиналась, царапалась, – но они были

сопротивление, – первый вытирал слезящиеся глаза

рощальный удар – чтобы я поняла, н

выплюнула я, – то хотя бы наберитес

ослание. Напоминание о том, что бывает

бил воздух из лёгких. Я согнулась

о места в жизни, – ещё удар – в р

нилось, боль пронзила тело. Но плакать я не

тато

во парковки, как удар х

дела: из теней выступают тёмные силуэты. Мужчины в ко

двластностью времени, которую не купишь. Чёрный дизайнерский костюм, наверно

зили её глаза. Острые. Ум

дин из нападавших,

ый день, – голос женщины был лед

сь вперёд – боль в рёбрах

вила её людей действовать. Нападавшие н

по бетону. Дизайнерские туфли. Наверное,

ла Лав

. Она прекрасно з

какое-то достоинство, несмотря на разби

сем чуть – будто она видела

й. – Но однажды я знала человека, очень похожего на вас. Того, кт

вь капала на испорченное платье, кажды

улась, темнота подсту

ились колени. Так близко – я почувствовала её духи. Дорогие.

– её голос казался далёким. – Тот, кто поможет ва

а своё, я услышала последние слова: «В ко

– только