ЧЕРНЫЕ ВОРОНЫ. ПЕТЛЯ

счете есть не что иное, ка

ль Дю

ич, мы следуем в

т наша звезда? - со

ась, уже начала соображать, что к чему.... К

ки сигнала

авной машиной о

охраной в

оста оторвались. В течени

стрее и в голове зашумело от нетерпеливого предвкушения. Как же долго я ждал этого часа. Каждый день, месяц за месяцем, превозмогая дикие приступы ярости и отчаяния, чтобы не сорваться с места и голыми руками не прикончить эт

а. И мне нужно было ее найти. Деньги, влияние, даже его ничтожная жизнь – это слишком мало. Это ничто по сравнению с тем, в каком котле раскаленной смолы варилис

мысли, и я подпитывал ее с одержимым желанием разрушить все и всех, кто окружает этого сукиного сына.

и через самый страшный ад, который ее вряд ли когда-либо отпустит, уничтожил и меня

-то из бутылки. Они опять на своем говорят. Да я и не пытаюсь слушать. Какая разница уже... Слышу, как звонит телефон и с

с ума сходил от боли за дочь, злости на самого себя и жгучей ненависти, которая затмевала разум, путала мысли, мешая сосредоточиться. Я знал, что отомщу. Знал, что заставл

хотелось. Как ни пытаешься понять, принять или забыть – не будет. Есть грань, перешагнув которую, меняешься не только ты, но и мир вокруг тебя, в том числе и люди, которым в нем уже нет места. Вереница потрясений, которые сд

ходит ходуном кадык. А потом хладнокровно вырываю его и улыбаюсь тому ужасу, который плещется в глазах твари от вида крови, забр

растекались по белому атласу витиеватым узором смерти. Она никогда раньше мне не снилась. Хотя я жаждал увидеть ее хотя бы там, во сне. Тосковал, винил себя, пожирал изнутри, мысленно заклиная, чтобы появилась – а она не приходила, словно наказывая. А

тот сон, ни разу не смог ее спасти. То гребаная пробка, в которой мы застряли, помешала.. а в следующий раз, когда удалось ее объехать, я, как в самой идиотской комедии, застреваю в лифте... Или мы «снимаем» с Максом всех ахмедовских ублюдков, но пуля снайпера все равно достигает своей цели, а Карину увозят – в самый последний момент, когда казалось – вот,

которые мучили ее, могли испугаться света ночника. Так по-детски наивно... хотя давно не ребенок, заставили, суки, повзрослеть раньше времени. Сердце сжалось так невыносимо больно, что стало нечем дышать. Захотелось ворваться к ней и схватить в охапку, качать на руках, как маленькую... так, как качала, наверное, когда-то Лена. И понял тогда – не пойду и не урою! Несмотря на то, что изнутри разрывает от желания сделать именно это. Потому что права не имею... Если под пули попаду – одна останется в этом мире. Одна не в прямом смысле – Максим с Да

нал каждую мелочь, откладывая в памяти, словно файлы с данными, и они отпечатались в моих мозгах, как в лучшем из архивов. Я продумывал каждый шаг, их последовательность, вырисовывая схемы, потом перечеркивая их, понимая, что чертов сукин сын выстроил вокруг себя самую настоящую крепость. Все непросто... Наоборот – каждый раз я понимал, что подобрат

ю нервную дрожь... Не говоря о многочисленных фото его плодовитой семейки. Я по уши окунулся в этот грязный мир напу

казятся от горя. Как запаникует Ахмед от ощущения, что земля под его ногами наконец-то дрогнула. Как ужаснется от осознания, что впервые в жизн

постель к ублюдку, не доживали даже до рассвета, наличие у него дочери, еще и от русской, заставляло задуматься. Циничный монстр способен на чувства? Звучало как насмешка, но правда порой может быть невероятнее самой изощренной лжи. Он забрал ее к себе, н

о из них, наоборот – ярко выделяющаяся. Даже имя у нее было славянское - Александра. Все эти детали имели свое значение, я был уверен в этом. Судьба матери неизвестна, но это до поры до вр

рожек рядом не было, он был запечатлен рядом с ребенком. Светловолосая девочка с глубоким взглядом. Глядя на них, никто не смог бы поверить, что это отец и дочь, настолько непохожими они были. Черные как смоль, жестк

лся невольно. На следующей фото уже за фортепиано сидит, ноги до пола не достают пока, бренчит что-то и поет, видимо. Рядом Ахмед, семейка их за столом, и все хлопают в ладоши, хотя в глазах - раздражение. Ненавидят девчонку, но страх перед отморозком заставляет всех лицемерно улыбаться и неискренне восхищаться. В ка

до головы какой-то невзрачной одеждой, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. И только она - в ярком пышном платье, на запястье браслет сверкает, и что бросается в глаза - осанка, идеально ровная. Во взгляде - вызов. Она всегда чувствовала себя белой вороной, знала,

овсем вскружила ей голову. Нашла таких же повернутых на музыке друзей, и они часами пропадали на репетициях, сочиняли песни и даже вып

сь, но все же... Да и сумела нащупать тот самый рычаг, с помощью которого на отца воздействовать можно. Вспомнил сразу легендарный монолог Аль Пачино из "Адвоката Дьявола", в котором он обозначает любимый из его пороков - тщеславие. Ему льстило, что дочь без его помощи завоевывает симпатии. Что идет к своей цели, не умоляя помочь. Он это

крючок, на кото

готворят это мероприятие, словно участие в нем гарантирует восхождение на музыкальный Олимп. На деле это всего лишь очередная "соковыжималка", в

таких вот мотыльков, которые летят на яркие о

долго и упорно искал, с

*

овский достал из золотого портсигара кубинскую сигару

ной сигареты, а вот сигары...

в, и прекрасно понимал, что мне от него нужно. Он переводил разговор на разную чепуху, затягива

. На его счету - несколько десятков самых успешных проектов. Его одновременно боготворили и боялись как огня, понимая, что попав в немилость к Козловскому -

й... простите, не зна

ее чем дос

ожалуй, к делу. Так как ко мне обращаются, в основном, по одному пов

ения, оголяя длинные стройные ноги и обтягивая упругие ягодицы. Поймал себя на мысли, что и сам засмотрелся, и краем глаза наблюдал за реакцией продюсера. Умом

лен... Полдела, считайте, сделано. А пе

мею дело с профессионалом.

тро овладел собой и расплылся в наигранной улыбке. Де

и всего... При соответствующих ресур

мы уголки его губ дернулись вверх, он был более чем дово

кие сроки вы хотите, чтоб она засветилась.

онкурса "Парад планет".

это же мелководье... я могу пр

плохо расслышали, - я оборвал его на полуслове

ь подарок победит