Извращённая тайная жизнь моего мужа

исуя мимолетные узоры золота и белизны на бесстрастном лице Юлиана. Адреналин от гала-вечера уходил, ос

гда Юлиан хладнокровно объявил о многомиллионном пожертвовании от нашего общего имени, фактически перехватив все мероприятие. Мы не задержали

приглушенном салоне автомобиля. Мне казалось важным сказать это, приз

шаг - массированная пиар-атака. Они удвоят усилия, доказывая твою „нестабильность".

на жесткую линию его челюсти, на непреклонный изгиб губ. «Зачем вы это делаете? Слияние... я понимаю

ом был тихий шепот шин по мокрому

овек, которому он доверял как брату. Вместе они были на пороге крупного медицинского прорыва. Но его партнер был более амбициозен, чем гениален. Он фальсиф

. «Он подставил моего отца. Разрушил его репутацию, обанкротил его и украл его исследования. Мой отец у

знала. «Мой отец», - прошептала

его губах. «А провальный исследовательский проект, тот, что он похоронил и

ным оружием. Это открытие должно было ужаснуть меня, заставить почувствовать себя еще большей пешкой. Но, как ни странно, оно произвело обратный эффект.

нами, но теперь она была другой. Она была наполнена

стояли у лифтов. «За сегодняшни

я завтра». Он повернулся и пошел в свое крыло квартиры, не ог

отчаянно хотела сбросить. Переодевшись в простую пижаму, оставленную для меня, я обнаружила, что меня тянет к окну, см

ет новостное оповещение, очередной злобный заголовок от моей бывше

том, что тебя упрятали в клинику, и фотографии с гала-вечера. Что, черт в

Стерлиговыми и их удушающим миром. За пять лет своего тщательного обмана им удалось изолировать меня почти от всех, н

глаза. Это было сообщение чистого, неподдельного бе

крану. *Я в безопасности, Сонь. Это долгая, бе

ду не поверила. Но замужем? За Юлианом Вороновым? За

й семьей, но ничего не говорил о моих друзьях. Тем не менее,

я. *Средство для достижен

ь осторожна. Но знай: я на твоей стороне. Всегда. Что бы тебе ни понадобилось, когда бы ни по

ов и опасного, непостижимого союзника, это одно сообщение было спасательным кругом. Это была искра тепла в огромной, гулкой пустоте. Я была не совсем одна. Война был