От любви к ненависти: Его падение

замешательство, может быть, даже обида, - прежд

н повернулся к ней и начал перечислять ее предпочтения в мучительных подробностях. - Она любит шелковые простыни, аро

уди. Он знал каждое из ее нелепых предпочтений, но, вероят

бы выйти из комнаты. Моя собственная архитектурная ст

ким, приторным нытьем. - Не ухо

бнял ее,

в свою работу. - Затем он посмотрел на меня, его тон стал ж

которая тайно была его женой, женщине, которая спала в его пост

впервые въехали в этот дом. Он перенес меня через порог, шепча обещания

ой

йным голосом. - Алина - твоя гостья

е дожидая

а тихий, об

она так гр

льной нежности. - Я ее просто избаловал. Не волнуйся, я с не

эхом разнесся по коридору. Я прислонилась к прохладному дере

а была женой, зарегистрированной в трасте много лет.

рии я была

ла плечи. Я не буду плакат

вной библиотекой. Сегодня была годовщина смерти моей бабушки. Она была единственной семьей,

коридора заставил

на полу лежали осколки фарфоровой урны, в которой хранился прах мо

встретились с моими, и ухмылка пре

тывала, захлестнула меня. Не думая, я бросилась вперед, и

голос был хриплым от боли и ярости

Алину, на щеке которой расцветало

аксивым голосом. - Я просто смотрела на нее, и она

ине, его лицо было маской ярости, направленной иск

е так? - взревел он, защ

я, указывая дрожащим пальцем на беспор

затем снова на меня, е

ваза, Арина. Не

о мной на ее похоронах, держа меня за руку, и клялся на ее

сила я опасно тихим голосом. - За что?

видел во мне препятствие, проблему, которую нужно бы

ня за руку и потащил по коридору к ма

е научишься быть послушной,

о которой я рассказала ему в момент уязвимости. О

семьи. Я не была даже гостьей. В этом доме, в его жизни, я была пленниц

, и замок щелкнул, заперев