Цветы огня

овершенствовали свои умения. Возделывали поля, охотились, ковали инструменты и оружие, возводили дома и даже целые замки. Но более всего почиталось у этого народа изучение маны, энергии, что течет вок

и границы Империи, покоря

и. Но миру не было суждено длиться долго. Орочьи шаманы тоже использовали ману, вызывая дождь на неплодородные земли, подчиняли огонь и даже саму смерть. Имперские маги, узнав об этом, с радостью начали меняться с ними знаниями о способах использ

перии начался голод. Рабы повсеместно чинили восстания, а объединенные сил варваров начали быстро теснить ослабевшую армию. В итоге уже Империи пришлось отступать, отдавая завоеванные земли и ресурсы. Собрав все свои силы воедино, князь Аскарона решил принять решающий бой, на центральной равнине. Насколько хватало глаз, раскинулись собравшиеся армии. Грянул гром и армии сошлись в чудовищном поединке. Кровь лилась рекой, окропляя бывшую некогда плодородной равнину. Маги насылали смертоносные заклятия

я к слегка приплюснутому шарику желеобразной слизи. В холодном свете растущих в лужах

ша в руках, приговаривал он. - Что? Тебе интересно, что я читал? - заметил любопытный взгляд желеобразного шарика чтец. - Этот трактат был написан теми немногими, кому удалось пережить эту чудовищную катастрофу. Я же, лишь берегу его, и рассказываю таким малюткам как ты, что собой представляет мир вокруг. Ты можешь называть меня Хранитель,

севшую у него на поясе. Затем достал небольшую книгу. Обложка был

возрождения, здесь появляются новые слаймы - разумные сгустки слизи. Мы, слаймы, появляемся на свет в тот момент, когда густая капля, насыщенная маной, падает с кончика сталактита, - рассказывал он любопытным слушателям.

щал один из каплевидных сгустков

возрождения находятся в глубинах города, под названием Сталагнат. Наш город носит это имя потому, что является гигантским естественным сталагнатом, внутри огромного подземелья. Наши сородичи создали дома, лавки и целые улицы внутри него, застроили

ли по подземелью, обросшему причудливыми растениями и мхами. Повсюду растущие кристаллы воды, наполняли это место светом и жизнью, которую могли поглощать слаймы.

ходится снаружи? На п

ими карту, он ткнул на небольшую область зарисованную деревьями. - Это великий Темный лес, раскинувшийся прямо над Сталагнатом. На юге от этого места, - провел хранитель пальцем в сторону. - Простирается великая пустыня, а за ней - бескрайнее синее море. - Ириска бол

е группу слаймов, появившихся

к концу. Вы скоро покинете сад возрождения и

пойти? - спр

о вы и пригодитесь, это происходит так: взрослые прикрепляют на вас сумку и заполняют её необходимым для ремесла. За это они дают вам кров и еду. Конечно, любой из вас может выйти из подземелья и пойти самостоятельно добывать себе пропитание, но в подобной работе есть своя выгода: нося за мастером его вещи

кидая сады. В этот момент ее взгляд упа

т Ириска... Можно мне пойти с

мандую этой бригадой и, если у тебя есть вопросы, то смело обращайся, - бригадир повел ее вслед за товарищами к складу. - Работа у тебя простая: шахтер складывает в твою сумку руду, когда сумка наполняется, т

пока я несу сумку на ск

а новоиспеченной помощнице металлическую каску. - В этих фонарях установлены кристаллы воды. Это особый м

ом ответили переод

ыстрее, поэтому я буду время от времени по

шись до жилы, взрослые слаймы принялись за работу, Ириска н

кладывая руду в сумку Ириски. - За обратный путь н

повернулась Ириска и пос

м. Она продолжила прыгать вперед, видя, как

ул еще один слайм, о

. - Я двигаюсь так быстро, как только

щий на складе. - Давай сюда свою сумку. Я загружу руду

, рюкзак такой тяжелый, что я едва могу сдв

уй закончить смену, и если не понравится -

и медленнее всех остальных слаймов. В итоге к кон

авда нечего делать... - понур

ьцем на один из этажей Сталагната. - Мы порождения Маны, чтим ее, а священники еще и защищают ее от осквернения еретиками. Любой использующий магию по собственной п

все чем они занимаются? - спросила

и усиление. Они взывают к мане, это не панацея, но здорово помогает в

ет сделать меня такой же сильной как другие

не узнаешь, - подм

ощанье Ириска, от спешки чуть не вре