Слишком поздно для раскаяния Смерть истинной пары

Моя сестра, любимая будущая Луна стаи, умирала от почечной недостаточности.

Максим, Верховный Альфа и мужчина, которого я тайно любила всю свою жизнь, использовал свой Приказ Альфы, чтобы вложить ручку в мою дрожащую руку.

— Подписывай бумаги, Лана, — прорычал он, его глаза светились хищным красным светом. — Хватит быть эгоисткой. Кристине нужна пересадка, и только ты подходишь.

Я пыталась умолять. Пыталась сказать ему, что не переживу операцию.

Я пыталась сказать ему, что уже тайно отдала почку нашему отцу пять лет назад — жертва, заслугу за которую присвоила себе моя сестра.

Но Максим швырнул мне в лицо стопку поддельных медицинских снимков.

— Хватит лгать, чтобы спасти свою шкуру, — выплюнул он. — Ты бесполезная, безволчья Омега. Это твой единственный шанс принести пользу этой стае.

Он не знал, что Кристина десять лет травила меня Волчьим аконитом, чтобы подавить мою внутреннюю Белую Волчицу.

Он не знал, что анестезия не подействует на моё отравленное тело.

Я чувствовала каждый дюйм серебряного скальпеля, когда они разрезали меня, чтобы извлечь мою единственную оставшуюся почку.

Я умерла на том столе, слушая, как мужчина, которого я любила, называет меня истеричкой.

Но смерть не была концом. Мой дух парил над этим хаосом, наблюдая, как лицо хирурга побледнело от ужаса.

— У неё была только одна! — закричал доктор, поднимая почерневший орган. — Альфа, посмотрите на старые шрамы! Мы только что убили её!

Только после того, как моё сердце остановилось, действие маскирующих запах препаратов ослабло.

Максим упал на колени в залитой кровью комнате, наконец-то почувствовав запах соснового леса после дождя, который он искал всю свою жизнь.

Он понял, что только что погубил свою истинную пару, чтобы спасти лгунью.

— Лана? — взвыл он, царапая себе грудь.

Но я уже ушла.

Chapter 1

Лана (POV):

Запах ударил в нос ещё до того, как дверь открылась.

Это был аромат соснового леса, пропитанного сильным дождём, запах, от которого мой внутренний волк когда-то сворачивался калачиком от восторга. Теперь он приносил лишь «холодный, парализующий ужас».

Тяжёлая дубовая дверь изолятора распахнулась. В проёме стоял Максим Медведев. Он был Верховным Альфой Стаи Серебряной Луны, мужчиной, чьи плечи были достаточно широки, чтобы нести на себе бремя всей нашей территории. Его глаза, обычно цвета штормового моря, светились слабым, хищным красным светом.

Он был в ярости.

— Подписывай бумаги, Лана, — сказал он. Его голос был низким, вибрирующим глубоко в груди.

Я сидела на краю больничной койки. Мои руки дрожали. Я пыталась спрятать их под тонкой белой простынёй. Воздух в комнате казался тяжёлым, заряженным его властностью.

— Максим, я не могу, — прошептала я. В горле было такое чувство, будто я проглотила битое стекло. — Ты не понимаешь. Моё тело... оно не выдержит.

Он сделал два шага вперёд. Пространство между нами исчезло. Он бросил стопку документов на прикроватный столик. Они проскользнули по поверхности и остановились рядом с вазой с увядшими цветами, которые никто не потрудился сменить.

— Кристина умирает, — прорычал Максим. — Её волчье ядро разрушено. Ей нужна немедленная пересадка Жизненной Сущности. Ты её близнец. Только ты подходишь.

В нашем мире почки — это не просто органы для фильтрации крови. Это сосуды для хранения Жизненной Сущности оборотня. Они содержат энергию, которая позволяет нам превращаться из человека в волка. У нас их две, но для выживания нужна хотя бы одна. Если волк теряет обе, его душе не за что зацепиться. Они не просто умирают, они исчезают без следа. Они не могут вернуться к Богине Луны.

— Я знаю, что ей это нужно, — сказала я, и слёзы навернулись на глаза. — Но, Максим, послушай меня. У меня не осталось достаточно Сущности. Если я отдам ей одну, я умру.