В лучах славы Китайская Драма

Ночь медленно вступала в свои права, погружая во мрак небольшую деревушку, что стояла почти на краю утеса. Люди, привыкшие к тяжелому изнурительному труду мирно посапывали в теплых постелях, вполне довольные своей жизнью. Казалось бы, у них есть все, о чем только можно мечтать – работа, семьи, пища и кров.

У них было, вот только у одного паренька, светловолосого и улыбчивого, не было этого. Он остался сиротой, был отдан на попечение каким-то там родственникам, с утра пас овец, а вечерами читал книги, кутаясь в стеганое одеяло в мягких сумерках. В его представлении прочно укрепилось, что он принадлежит другому миру – большому, пульсирующему драйвом и скоростью. Тому миру, что лежал по другую сторону бескрайнего синего моря. Он знал достаточно о больших городах и о богачах, о строении машин и о том, как лучше выдраить палубу на яхте.

- Марк, у тебя же уже есть все, - смеялась в ответ рыжеволосая сестра, глядя вниз. Море жило по своим порядкам, на солнце сияли выскакивающие из волн рыбешки. Даже их жизнь казалась Марку интереснее.

Все изменилось в один миг. Марк запомнил этот миг на всю жизнь.

- Эй, пойдем, - младший брат, который единственный стал Марку родным, тянул его за руку в сторону их деревни, - Скоро празднование начнется, ты все пропустишь!

Младший плаксиво поджимал губы, трепал Марка за полы белой льняной рубашки, бил кулачками по ногам, пытаясь привлечь внимание. Марка, правда, гораздо больше заботило жуткое зрелище: акулы стайками сновали вокруг запутавшегося в сетях китенка, пытаясь урвать кусок побольше. Воняло водорослями, кровью и чем-то еще. Туда-сюда сновали плавники, то появляясь, то вновь исчезая под водой. Большие темные глаза кита молили о помощи, Марк не знал, как ему помочь. Швырнул туда горстку камней, но те плюхнулись в воду в десятке метров от сцены. Плыть туда было опасно – акулы, совсем еще маленькие, такой гурьбой представляли смертельную опасность для любого. Марк дрожал всем телом.

- Пойдем уже, тут каждый день это происходит, - будничным тоном сообщил младший, теребя руку брата. Он и впрямь привык к такому зрелищу – несколько раз в неделю отец брал его с собой в море. Марк предпочитал твердо стоять ногами на земле.

- Да, иди, я скоро приду, - туманно отозвался тот, потрепав младшего по темным волосам, - Правда.