Мой хромой муж - таинственный магнат

Сокровище Короля Ликанов

Регина и не думала, что выживет, особенно после того, что было сделано с её телом, разумом и душой. Однако у судьбы были на неё свои планы. Её спас Верховный Альфа – Савелий, самый устрашающий правитель королевства. Она оказывается под защитой человека, которого не знает... и связью, которую не понимает. Савелий хорошо знал, что такое жертвовать собой. Безжалостный, амбициозный и преданный священной связи с партнёрше, он провёл годы в поисках судьбы, даже не представляя, что она сама придёт к нему сломленной, на краю гибели и дрожащей от страха. Он не собирался влюбляться в неё... но это произошло. Слишком стремительно и очень сильно. Он был готов разрушить всё вокруг, прежде чем позволит кому-либо снова причинить ей боль. То, что начиналось в тишине между двумя разбитыми душами, медленно переросло в нечто интимное и настоящее. Но путь к исцелению всегда извилист. С придворными шепотами, прошлым, которое не даёт покоя, и будущим под угрозой, их связь снова и снова подвергается испытаниям. Ведь влюбиться — это одно, а пережить любовь — это уже сражение. Регине предстоит решить, сможет ли она пережить пылкую любовь мужчины, когда всё, что она когда-либо знала, — это как избегать чувств? Уступит ли она ради мира или станет Королевой ради него? Для читателей, которые верят, что даже самые разбитые души могут снова стать цельными, и что настоящая любовь не спасает вас. Она стоит рядом, пока вы спасаете сами себя.

Тайная Наследница: Не Шутите С Ней

Елена обнаружила, что она не биологическая дочь своих родителей. Однажды она узнала, что они использовали её в качестве залога в деловой сделке. В итоге Елену отправили в её родной город. Там она случайно узнала о своём истинном происхождении - она происходила из невероятно богатой семьи. Её настоящая семья окружила её любовью и обожанием. Несмотря на зависть своей так называемой сестры, Елена преодолела все препятствия и отомстила, продемонстрировав свои таланты. Вскоре она привлекла внимание самого завидного жениха в городе. Он загнал Елену в угол и прижал к стене: «Пришло время раскрыть свою истинную личность, дорогая».

Бесценная Дива, Разрушившая Его Мир

Её бывший муж заявил: «Я всегда восхищался тем легендарным гонщиком». Она тонко улыбнулась: «Жаль тебя разочаровывать, но это была я». На что тот сказал: «Ты завидуешь, что я потратил целое состояние на всемирно известного ювелира для Виолетты?» Она холодно рассмеялась: «Забавно, этот дизайнер учился у меня». Он презрительно высказал: «Покупка умирающей фирмы не поставит тебя на мой уровень. Приди в себя». Однако она лишь пожала плечами: «Действительно? Я только что довела твою компанию до банкротства». Ошеломлённый, он выпалил: «Дорогая, давай начнём всё заново. Я буду любить тебя вечно». Она сморщила нос и презрительно ответила: «Нет, спасибо. Отдай свою жалкую любовь при себе». Затем она взяла под руку миллиардера и больше не оглядывалась.

Замуж за влиятельного отца сбежавшего жениха

За час до свадьбы я узнала, что мой жених сбежал. Яков выложил черно-белое фото из аэропорта Парижа с подписью: «К черту цепи. В погоне за свободой». Пока я сидела перед зеркалом в платье стоимостью в десять годовых зарплат, в номер ворвался мой отец. Он не обнял меня. Он не спросил, как я. Он орал, что слияние компаний срывается, и требовал, чтобы я летела в Париж умолять труса вернуться. А кузен жениха, мерзкий Петр, уже тянул ко мне руки, предлагая «спасти положение» и заменить брата в моей постели, лишь бы добраться до семейных денег. В этот момент я поняла: для них я не дочь и не человек. Я просто неудавшийся актив. Чек, по которому отказано в оплате. Я вытерла несуществующие слезы, расправила плечи и направилась прямиком в закрытый VIP-лаунж. Там, в тишине и запахе дорогого виски, сидел он. Фока Голландцев. Отец моего сбежавшего жениха. Лев Уолл-стрит, которого боялись даже мои родители. Охрана преградила мне путь, но я прошла сквозь них, как грозовое облако. Я положила планшет с фото его сына-беглеца на стол и посмотрела в его холодные, стальные глаза. «Якова здесь нет», — равнодушно бросил он. «Я знаю», — ответила я, накрывая его ладонь своей ледяной рукой. — «Сделка горит. Акции упадут. Вам нужно спасти лицо, а мне нужна защита». Он усмехнулся: «Чего ты хочешь, девочка?» «Женитесь на мне». Яков хотел свободы? Он ее получил. Теперь я его мачеха. И первое, что я сделала, выйдя из ЗАГСа — позвонила в банк и аннулировала все его кредитные карты, пока он пытался заселиться в люкс парижского отеля.

Слишком поздно, мистер Джонстон: она ушла

Я умирала от лейкемии в туалете кофейни, пока мой муж, миллиардер Бархан, сбрасывал мои звонки на важном совещании. Когда меня привезли в реанимацию с кровотечением, врач сказал, что нужно немедленно прервать беременность, иначе я истеку кровью, но Бархан лишь холодно ответил в трубку: «У тебя нет дна. Лжешь о ребенке, чтобы выжать из меня наличные?» Он не пришел. Мой ребенок погиб, а я очнулась в пустой палате, чувствуя, как жизнь уходит из меня вместе с последними силами. Вместо поддержки муж ворвался в больницу с чековой книжкой, швырнул мне в лицо деньги и обвинил в измене с медбратом моего дедушки. «Вот тебе на медицинские расходы, — выплюнул он с презрением. — Или заплати своему любовнику, мне плевать». Его любовница Слюда тем временем подстроила нападение на мою студию, подбросила туда наркотики и подкупила врачей, чтобы те стерли записи о моем раке и вписали в карту диагноз «наркозависимость». Бархан поверил каждой их лжи, аннулировал мою страховку и приказал перевести меня в общую палату для нищих, оставив умирать без лечения. Я смотрела на свои исколотые капельницами руки и не понимала, как человек, которому я отдала всё, превратился в моего палача. Почему он верит случайным снимкам папарацци больше, чем моим слезам, и за что он так ненавидит женщину, которая носила его ребенка? Выдернув иглу из вены и оставив кровавый след на кафеле, я ушла из больницы навстречу ночному городу. Теперь мне нечего терять, и пока лейкемия не забрала меня окончательно, я уничтожу империю Бархана, используя его же жестокость против него самого.

Шрамы, которые она скрывала от мира

Три года я гнила в «оздоровительном» лагере строгого режима за наркотики, которые мне в сумку подбросила родная сестра. Семья стерла меня из жизни, заменив мои фото в доме на портреты «идеальной» Миланы. Когда брат Глеб наконец приехал за мной, он вышвырнул меня из своего «Линкольна» под ледяной ливень за километры до дома, просто потому что от моей лагерной одежды «пахло складом». За семейным ужином, среди хрусталя и серебра, меня ждали не объятия, а презрение. - Чему ты там научилась? - с ухмылкой спросил брат, попивая вино. - Уклоняться от работы? Я молча встала и резко закатала рукав свитера. Вся рука была покрыта жуткими шрамами: круглые ожоги от сигарет охранников и синяки от игл, которыми меня насильно накачивали седативными препаратами. Мать в ужасе уронила бокал с вином на белую скатерть. Но Глеб ударил кулаком по столу: - Она врет! Она сама себя изуродовала, чтобы мы ее пожалели! Это манипуляция психопатки! Они смотрели на меня как на сломленную наркоманку, готовую ползать в ногах ради денег. Они верили лжи Миланы, которая сидела рядом с ангельским лицом. Они не знали одного. В корешке моего дешевого блокнота, который я прижимала к груди, был зашит не дневник раскаяния, а спутниковый передатчик и компромат. Ночью, сидя на полу в сыром гостевом домике, я активировала устройство и отправила сообщение своему хакеру: «Я внутри. Они расслаблены. Начинаем». Я вернулась не за прощением. Я вернулась, чтобы уничтожить их всех.