Под твоим облаком

Автоматы с игрушками. Каждый пытался вытащить куклу в виде персонажа из нового аниме. Из кафе с совами выходили довольные туристы, направляясь в KFC, ведь поесть им так и не удалось. Рядом ютился магазин с бельём прелестных школьниц. Постоянные посетители этого места с серьезными лицами разглядывали варианты, силясь сделать выбор. Чуть дальше находился шоп для геймеров. И снова автоматы. Огни. Музыка. Множество прохожих. И он на перекрёстке. Прямо рядом с вывеской SEGA. Словно не из этого мира. Далекий от суеты Акихабары. Далекий от ее прелестей. Один.

Улыбаясь, Аки продолжал стоять у вывески, подпирая спиной стену одного из шоурумов. Его темная челка лезла в правый глаз, но, кажется, парня это не сильно расстраивало. Левый висок был выбрит, под ухом начиналась татуировка, которая проходила до плеча через ключицы, плавно уходя куда-то под чёрную майку. Это были слова на древнекитайском. Что они означали Аки знал, но вспоминать не слишком любил. Левая рука тоже служила холстом для довольно красочного рукава. Картина яркими цветами вырисовывала неких существ. Все они являли собой духов синтоизма – такими, во всяком случае, их видел художник. Плотным кольцом эти создания облепляли рычащего белого тигра, словно не давая тому выбраться из ловушки.

Карие глаза уставились перед собой. Наконец, Аки заметил на другой стороне улицы нечто любопытное. Долгожданное.

Рядом с аниме-лавкой стояла девушка. Ее розовые волосы доставали до плеч, а платье готической Лолиты мило подчеркивало тонкую фигурку. Но ни волосы, ни фигурка Аки не волновали. Он заприметил другое. Нечто более интересное для себя.

Парень видел над девчушкой то, что не могли заметить прохожие. В глазах брюнета отражался синеватый свет. Прямо над головой «готической Лолиты» парило облако, которое ярким пятном выделяло ее на фоне других. Глаза Аки прищурились и чуть блеснули голубым. Но и этого никто не заметил. Любители чужих трусов и игр все ещё занимались своими делами.

Аки уверенно шагнул на дорогу, направляясь к противоположной стороне улицы. Без какого-либо стеснения он подошёл к розоволосой. В тот момент, когда девушка взглянула на молодого человека, тот уже расцвёл добродушной улыбкой.

– Хотите посетить наш книжный магазин? У нас есть и журналы специальной направленности! – На автомате с задором вещала девушка, протягивая листовку. Аки продолжал добродушно улыбаться, чуть сощурив глаза, и листовку взял.

– Спасибо. Я обязательно загляну. Ты же Маяма, верно? – Добродушно, словно они знакомы сто лет, спросил парень. Девушка стала серьезной за секунду. Искусственная улыбка сползла с ее лица, словно кожа со змеи.

– Мы знакомы? – С опаской спросила она.

– Да, – без заминки ответил Аки, – я друг Матцухито, помнишь? Мы встречались у него дома на вечеринке.

Несколько секунд Маяма пялилась на незнакомца, силясь вспомнить события, о которых он говорил. Она не заметила, как карие глаза снова блеснули голубым. Прошла ещё секунда, прежде чем девушка рассеянно хихикнула.

– А, точно. Ты же Аки, верно? Ты какими судьбами здесь?

– Да покупал тут кое-что. А ты во сколько заканчиваешь? Может, посидим где-нибудь?

Маяма смутилась. Было очевидно, что брюнет ей симпатичен. Обернувшись в сторону стеклянной двери, девушка снова обратилась к парню.

– Я освобожусь в 9. Подожди меня, если не торопишься.

– Не тороплюсь, – глаза молодого человека довольно сузились. Пройдёт ещё около получаса, прежде чем он снова вернётся сюда. Цель оправдывала средства.

Из бара пара вышла около одиннадцати. К этому времени Маяма успела вспомнить некоторые события их первой с Аки встречи. Она посмеялась над тем, как брюнет споткнулся о ногу их общего друга Матцухито, а потом чуть не угодил ногой в кошачий лоток.

– Его кот тогда угрожающе на тебя глянул, – хихикнула Маяма. – Они шли к станции и как раз проходили под мостом. Вокруг повсюду были ограждения. Шёл ремонт опор. Оставили лишь небольшой проход, который освещался далекими огнями впереди пролегающей улицы. Девушку нисколько не смутил этот маршрут. Ей казалось, что такое место может подойти для поцелуя.

– Нет. – Резко заказал Аки. Маяма не сразу осознала, что спутник ей возразил.

– Что нет? – рассеянно остановилась девушка.

– Не было кота. – Аки улыбался, но уже иначе. Это был оскал. Абсолютно недобрый взгляд окрасился голубым, отчего Маяма вскрикнула. Правда крик этот не услышал никто. Время, словно замерло. – Ни кота, ни лотка, ни даже человека по имени Матцухито – ничего из этого не существует.

– Это что, розыгрыш? Это линзы у тебя?! Не смешно! Прекрати это! – Срывалась розоволосая. Но Аки, откинув голову назад, разразился несдержанным смехом, после чего выпрямился, продолжая смотреть на оцепеневшую спутницу. Он поднял левую руку и притянул Маяму к себе. От страха та не могла пошевелиться.

– Повторяй за мной, – шепнул он тихонько, не отрывая взгляд от испуганных глаз, – «Я».

– Я..., – бездумно повторила девушка, почти не чувствуя, как сильные пальцы сжимают плечи.

– «Отказываюсь».

– Отказываюсь...

– «От своей ауры».

– От своей ауры.

Маяма потеряла сознание сразу после сказанных слов, опустившись на асфальт. Парень не пытался ее поднять. Не пытался помочь или хотя бы проверить состояние. Он глубоко вдохнул, словно получил этот глоток воздуха впервые за много лет. Глаза Аки вновь стали карими. Сияния над Маямой он больше не видел. Через несколько секунд он уже шёл к станции, позабыв о разговорах и шутках, звучавших в баре. Позабыв о девушке и ее волосах. Главное он получил, и теперь настроение было просто отличное. Лучшее за последние несколько недель охоты. Он знал, Маяма проснётся через некоторое время и ничего не вспомнит. Ни его, ни последние несколько часов своей жизни.

Запись первая. Разрешите представиться.

Меня зовут Рюичи Аки. Мне 23. На самом деле мне больше лет, чем этому городу и этой стране, но я не люблю об этом говорить. То, как я отношусь к людям – это, скорее данность, чем прихоть. Мне ничего другого не остаётся. Я – Бай Ху. Нечего удивляться. Мы уже давно не жрем людей в прямом смысле этого слова. По сути, нам интересна только их аура, которая представляет собой жизненную поддержку – концентрат удачи и стремлений. Попробую объяснить.

Жизнь человека обусловлена многими независящими от него самого факторами. Это и любовь, которую он встретит, и успешная карьера, которая может сложиться, и стремления к разным радостям жизни. Кто-то скажет, что все зависит от внутреннего стержня, помноженного на обаяние, но это не совсем так. Аура. Она может быть сильной, а может и еле-еле проявляться. Именно она помогает человеку плыть по течению своих трудностей. А проще – это души. Души умерших предков. Чем их больше, тем аура сильнее. Каждому помогают их родные, хоть о существовании их люди давно забыли. Концентрация энергии, оставшаяся от почивших также зависит от ауры, которой они обладали при жизни. Так, я «жру» целые семьи. А они даже не догадываются. Можете кидать в меня камни, только не спешите. Мне, правда, нелегко приходится. Дело в том, что Бай Ху – женщины. Все. Я – единственный мужчина этого вида, которому посчастливилось ходить по бренной земле. Мои сёстры занимают лидирующие позиции в различных сферах бизнеса, высасывая ауру из своих конкурентов. Я же, словно изгой, питаюсь подножным кормом. Из семьи меня изгнали ещё во времена Эдо. Мы тогда перебрались из Китая на новую землю. Шёл 1605 год, надо было многое менять. Но что-то я углубился. Возможно, мое представление затянулось, но все же, повторюсь. Меня зовут Рюичи Аки. И мне 23. Слишком давно.

07:40. Роппонги Хиллз. Специальный район Токио.

Аки проснулся рано, задев ногой пустую банку из-под «Асахи». Трезвонил будильник. Желание размазать телефон по тумбочке появилось мгновенно. Разлепив один глаз, Рюичи снова его закрыл. Полежав ещё минутку, он одним движением руки раскрыл одеяло, открывая миру свой бледноватый, подкачанный торс вместе с продолжением тату, что россыпью иероглифов и существ растянулась по всей груди. Челка раскинулась по подушке, а на щеке отпечатался след от шелковых простыней.

Превозмогая сон, парень поднялся, сбрасывая ноги с кровати и, наконец, вырубая долбанный будильник.

Ватные ноги пришли к ванной, а из неё на кухню. Деревянная барная стойка и столешницы в стиле «лофт» здесь напоминали хипстерскую кофейню. Включив кофеварку, а затем присев на один из барных стульев, Аки уткнулся в телефон.

«Что-то так себе. Доллар - 112 йен», – думал парень, пялясь в курс валют.

Утренний кофе, завтрак в виде каши с орехами и вот, Аки проследовал в одну из просторных комнат. Здесь стоял длинный диван напротив электрокамина, над которым расположилась плазма. За диваном находились тренажеры. Включив новости, Рюичи схватился за турник. Утро казалось совершенно обычным. Телефон на столе перед диваном зазвонил.

Раздосадованный тем, что приходится прерывать тренировку, Аки отпустил турник и подошёл к столу. Взглянув на экран смартфона, парень приподнял одну бровь.

– Алло, – ответил Рюичи.

– Рюичи-сан? Здравствуйте. У нас проблемы.

– Такие, что я нужен лично? – Серьезным тоном переспросил парень.

– Боюсь, что да. Прогноз, что вы написали для мистера Ричмонда сработал на 98%. Он решил, что вы – шарлатан.

– Как, по его мнению, я его обманул? Он заплатил деньги и получил четкие указания о том, в какие акции вкладываться. Теперь он недоволен? Тем, что все сработало?

– Он утверждает, что был слив информации. Что брокеры заранее знали о том, как изменится курс.

– Пусть подаёт в суд, – рассмеялся Аки.

– Вы же понимаете, что он этого не сделает.

– Вот-вот. Если он считает, что я не честно играю, в следующий раз мы дадим прогноз его конкурентам. Так и скажи. Глупо со мной ссориться.

Аки нажал на отбой и выругался. Снова сработал слишком чисто. Снова неправдоподобно сработал. Откуда ему, 23-летнему экономисту, было знать, что цены на пшеницу в следующем месяце взлетят до небес. Не объяснишь же этим ослам, что все дело в том, что он не совсем человек.

«Надо быть осторожнее в следующий раз», – подумал Аки и продолжил заниматься утренним спортом.

15:25. Сибуя. Специальный район Токио. Хараджуку.

Оставив несколько правдоподобных, по мнению финансового гения, биржевых прогнозов, Аки шёл из офиса в слегка подавленном настроении. Ему не нравилось самому встречаться с клиентами и что-то объяснять. Он предпочитал держаться в режиме "онлайн", а затем просто получать деньги на карту. Дело в том, что в мире финансовых манипуляций, брюнет сильно выделялся. Его татуировки, стрижка и стиль в одежде, часто шокировали клиентов. Они терялись, не в силах поверить, что это и есть тот самый Рюичи Аки.

Сейчас парню было необходимо немного прийти в себя. Хараджуку - место как раз подходящее, считал Аки. Здесь всегда было полно народа разодетого таким образом, что татуировки Рюичи меркли на фоне этих ряженых. Углубившись в эти приятные мысли, Аки не заметил, как влетел в кого-то высокого, отпружинив на асфальт. Подняв наверх голову, парень чуть даже приоткрыл рот.

Обеспокоенными глазами вниз смотрел молодой человек в строгом костюме. Высокий шатен с зелёными глазами – явно метис. Правильные черты лица заставили Аки задержаться взглядом на скулах и губах, но Рюичи сделал это совершенно неосознанно. Все его мысли были не о красоте шатена. Нет. Аки взирал на облако, что зависло над парнем. Оно было настолько огромным, что дымка уходила вверх на метр. Это удивляло брюнета почти так же, как и тот факт, что за всю свою длинную жизнь он никогда не видел ауры мужчин. Это было против природы.

– Вы в порядке? – Шатен протянул Аки руку, чтобы помочь встать. Тот, хоть и не сразу, взял себя в руки и позволил себе помочь, поднимаясь на ноги.

– Да, извините, не видел, куда шёл. – Аки был просто не в силах отвести взгляд от этого облака. А мужчина, ещё раз извинившись, пошёл дальше, унося с собой концентрацию ауры, размером с дом.

«Ну ладно, Момо Ичиро, скоро увидимся».

Аки был сбит с толку. Может, это женщина сменила пол? Но тогда бы он это почувствовал и «услышал».

«Может, ты и первый сын, но точно не самый первый в своём поколении... сколько же предков охраняет тебя?! А ведь я никогда не любил персики...».

Примечание: Ичиро означает «первый сын». Момо (もも) – «персик».