Login to Litrad
icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Crimson Quill

3 Опубликованные Книги

Книги и Романы Crimson Quill

Унесённый его вероломной любовью

Унесённый его вероломной любовью

Романы
5.0
В пятую годовщину смерти отца я узнала, что мой жених, Глеб, изменяет мне с моей сестрой, Олесей. Но это предательство было лишь верхушкой айсберга. За ним скрывалась вторая, куда более страшная тайна: Олеся была беременна от него. И все это в то время, как я сама втайне носила под сердцем его ребенка. Он клялся мне в верности, называя предательство смертным грехом, а сам уже строил будущее с ней. Мне в лицо он отмахивался от нее, как от «детского увлечения», а потом срывался к ней по первому зову, прикрываясь «семейными проблемами». Я поехала за ним. Я видела, как они обнимались. Слышала, как он обещал ей фейерверки и мою жизнь. Видела, как она вручила ему подарок, а потом он на руках унес ее в дом. Дверь захлопнулась, скрывая их общую тайну и разрушая мой мир. А потом сестра прислала мне снимок УЗИ, с издевкой предлагая уйти по-тихому. Она думала, что победила. Но она не знала, что я уже сделала один звонок. Три дня спустя, когда Глеб стоял с заметно беременной Олесей у часовни, где мы должны были венчаться, он увидел, как мимо промчалась моя машина. Его лицо исказилось от ужаса, когда он понял, что я уезжаю. Не просто ухожу, а исчезаю навсегда. Три года спустя я вернулась. Уже не его невеста, а доктор Крестова — влиятельный стратег, до которого ему было не дотянуться. А он был всего лишь мужчиной, отчаянно пытавшимся вернуть то, что сам уничтожил.
Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение

Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение

Мафия
5.0
Я была принцессой Уральской бригады, а Лев и Матвей — моими верными защитниками. В десять лет мы смешали кровь, поклявшись, что ничто и никогда меня не коснется. Но эта клятва обратилась в пепел в ту ночь, когда София Рыкова направила римскую свечу мне в грудь. Фейерверк ударил в плечо, и мое шелковое платье вспыхнуло мгновенно. Катаясь по бетону, крича, пока пламя впивалось в мою кожу, я ждала, что мои мальчики спасут меня. Они не спасли. Вместо этого сквозь дым я видела, как они бросились к Софии. Они укутали ее своими пиджаками — теми, что предназначались для меня, — укутали девушку, которая только что подожгла меня, и стали утешать, потому что ее напугала «отдача». Они позволили мне гореть, чтобы согреть ее. Когда я очнулась в больнице с вечными шрамами, они принесли мне письмо с ее извинениями и защищали ее «несчастный случай». Они даже порезали ладони, чтобы заплатить ее долг, игнорируя тот факт, что в бинтах была я. В тот момент Елена Воронцова умерла. Я не кричала. Не умоляла. Я просто собрала вещи и сбежала туда, куда они не могли последовать: в объятия Дамира Морозова, безжалостного авторитета Москвы. К тому времени, как они осознали свою ошибку и приползли обратно, умоляя под дождем, я уже носила кольцо другого мужчины. — Хотите прощения? — спросила я, глядя на них сверху вниз. — Горите за это.