Лилия для герцога

доносящимся из спальни звукам. Похоже, там на

ть смену одежды и полотенце. Чтобы одеться, придётся голышом возвращаться и ры

рано обрадовалась. Чьи-то шаги проследовали к ванной комнате, чья

чаянно радуясь тому, что деревянные стенки ванны и слой ароматной белой пены скрывали меня

ромолвил визитёр. Приятный голос, мягкий. Наве

насколько позволял п

у и чёрные штаны, но с простым человеком его не перепутаешь, даже не будуч

адываясь, каким буде

ои извинения за то, что не успе

еловкость ситуации, отозвалась я. – Поверьте, я не

не только мои,

просто будет к э

мне скрывать? Он знал, кого берёт в жёны. Не ту девушку, которая с детства прив

дорога выдалась непростой, и вам пришлось лицо

оизошедшем. Но уже понимала, что окончательно никогда не забуду. Ни лица н

одня. В вашей комнате. А в столово

еждал поверенный, и другом-колдуном? Но то будет завтра, а сначала нужно пережит

нужно о

наблюдаю зд

дясь на себя за то, что это проз

страшного,

руди. Шапка пены колыхнулась, мягко обволакивая тело, но тёплая вода

с собой покрывало. То самое, с кровати.

ся вместо полотенца, -

смотрела на него

блетесь? Ужин ост

ение его взгля

дательно заметил собеседник

ительно зажмурился. Вода заплескалась вокруг колен, когда я поднялась и шагнула на пол, тут же ощути

нимите

Ч

имите, иначе я

я, как лицо заливается краской стыда. Пусть мужчина и не мо

через плечо, когда я опустила руки. Алый бархат обнимал тело, впитывая кап

ьте. Так

спел откры

Хор

шили. Оказалось, что в комнате их уже дост

одил аппетитный аромат, и я прижала ладонь к животу в надежде, что то

ати. Я села на единственный стул напротив, аккуратно расправив складки покрывала, которое

Сглотнув слюну, я взглянула на сотрапезника, который с невозмутимым видом разливал по бокалам руби

*

в лицо. Из-под полей шляпы блеснули лукаво

с ответом баронесса. – Я могу щед

ы хотите избавить

ницы, - ото

адикальным

ять, каково быть о

ава все

к он смеет так себя с ней вести? В

король не брезгуе

близко к нему, баронесса чувствовала силу его сжимавших поводья рук и твёрдую широкую грудь под простой дорожной одеждой. Должно

Избавиться от наглой девицы собственными руками. Тогда не приш

де до конца жизни будут припоминать то, как баронессу де Кастеллано бросил любовник. А ведь ещё надо заткнуть рот камеристке и остальным, чтобы не начали

тветом Виенна. – Вы возьмётесь з

нужно п

м в замок, вы долж

аких ос

то вы мой т

а усме

за других, не интер

инять решение неспособны, та

не из

и? Вы, должно быть, слышали, что я немало у

ли золотых монет куры не клюю

тот грубиян прав. Все женские неприятности от мужчин. И что таког

кажете, что не моё дело? Но почему бы тогда просто не с

к меня опозорили на всю столицу? Не

о ей за всё ответит! И в жёны её возьмёт как миленький! А та дрянь, к

не смыслю? – раздался хрипло

В л

её представляете, то мне остаётся лишь упова

ли гладкие реч

рта должны литься то

Име

непременно покраснели бы, будь она иного склада и менее опытной. А так она лишь расхохоталас

оли вонзив ногти в ладонь. Уязвить её сильнее, чем этой своей женитьбой, герцог не сумел бы. Неуж

льного для того, чтобы обольстить и склонить к измене? Тогда Себастьян будет так же униж

того, чтобы соперничать с герцогом? Не так-то

ь щетину... Конечно, он не ровесник воспитаннице обители, но она ведь наверняка круглая сирота. С

в том возрасте д

бку. Разумеется, придётся заплатить, однако, ежели дело выгорит, она б

ральными, можно будет отыскать другой способ подложи