Моя месть вкуса горького шоколада

стрым взглядом ковыряться в тщательно зашитых мною ранах. Его

опросила, мило улыбнувшись, мне срочно нужна передышка.

нал меня. Как? Видимо, так я была важна для него, настолько сильно любил. Да о чем я? Все было ложью: его слова, признания, да и он сам был фальшивым вымыслом моего воображения. Я выдумала

Он, видимо, тоже меня искал, потому что

я в гордом одиночестве,- произн

делал." Кто бы знал, как мне сейчас хочется схватить его за галстук и сжать как удавку, так, чтобы лицо мер

емее,- выдал он "факт", которого я прежде н

оять тому вреду, который приносит ей красота. Насколько я помню, это должно звучать именно т

ны. Но только кажется, потому что на самом деле он ни черта не видит, иначе давно узнал бы меня. Но Андрей, как всегда, смотрит на обложку, у которой желает снять только первый бумажный слой, не утруждая себя

асивая девушка и одна

обой, мой когда

Он всегда считал себя лучше всех, не видел равных себе и достойных. Только я слишком поздно это заметила, катастрофически поздно. Помню, тогд

уж отпустил

чего явно не стоило говорить, а потом с улыбкой д

орошо, значит, свободна,- усмехнулся Кирсанов. Да его ответ меня

радой?– спросила, желая подвес

сейчас заметила, что в их синеве погасли звезды, которые видела раньше. Т

стало бы эт

Андреем безумно выматывает, захотелось быстрее вернуться домой. - А о тв

рорицательница,

, что касается тебя, я

аю, наличие суп

как не мне, об этом не знат

анию,- произнесла я, сделав слишком большой глоток шампан

него детей? Что? Серьезно? Ответил с таким безразличием! Аааа, сукааа! Мерзавец! Как можно так, а? Говорить о родном ребенке, что его нет?" Я знала, что в нем нет особо отцовских чувств, но чтобы вот так... Перебор. Отнял у меня самое дорогое, м

осил Андрей, улови

туда, где у нормального человека должно быть сердце, но не у него. Глаза Кирсанова заблестели хищным блеском, а

?- спросил он, видимо, сочтя мое де

ты предлагаешь?– спроси

его неизменное "Я". Только вот я очень против, вряд ли, остав

а я не планировала,- произнесла я, чут

це,- ответил Кирсанов, с

ть, а если и было, я бы сделала это с особой жестокос

которая сможет его залатать,- извиняющаяся улыбк

м, что в каждой шутке есть доля правды. Но как же он ошибается, потому что в этой игре трофей именно он. Нет, я, конечно, не со

я, я не могу,- мой голос был пропитан сладкой паток

?- спросил Андрей, явн

шего мужа, приблизилась к

найду, ес

и не за

ое може

резко развернулась и пошла прочь, оставив в гордом од