Последняя из рода

беспрепятственно рассматривать свою гостью. Сиатрия сидела на качелях, веревки которой, будто живые, обвивали лианы из бордово-зеленых листьев. Она была облачена в прозрачно-б

картину, как Сиатрия принимает ванну с плавающими в воде красными цветками. Как она, стройная, обнаженная и желающая получить расслабляющие объятия воды, опускается в большую деревянную чашу. Как б

качивалась, отчего ее белоснежные крылья трепетали на ветру. Она казалась такой красивой и счастливой! Будто не было омр

утро, С

лась, – я так и не побла

ошел к нимфе ближе. – Я в

ела руками по оплета

дет лучше. Теперь я ощущаю с

ался не причинять ей боли, осторожно осматривая место перелома. Проведя

еще

ро покачал

тила взгляд, стараясь не за

ьям. Как отец, сражаясь с многочисленными соперниками, отгораживает ее от жителей подземелий. Его крылья, словно белая стена, за которыми в детстве она могла прятаться в поиске утешения, сейч

щить гнома, прыгнувшего на спину отцу, помнила резкую сильную боль в левом крыле, когда другой гном прыгнул на него откуда-то сверху, цепляясь сильными руками за перья, и вырывая их большими пучками. Помнила, как отец одним махом крыльев отогнал от нее гномов, хотя, казалось, на тот момент это было невозможно. В этот взмах он вложил последние силы. Гномы отлетели, подхваченные сильнейшим воздушным потоком. Она помнила, как отец быс

о лавина. Из ее груди вырвался дикий, животный,

лько бежала, не оглядываясь, подальше от этого гиблого места. Не помнила, сколько дней и ночей ей пришлось скитаться, выбиваясь из сил, практически без сна, еды и отдыха. Казалось, что разум оберегал ее от сумасшествия, н

Тогда он сильно напугал ее, уткнувшись мордой в ее бок и пробуждая от урывочных сновидений. Помнила, склонившиеся над ней большие кар

ийти в себя, – сказала, она,

ль, испуг и отчаяние. За тот месяц, что он ухаживал за девушкой и лечил ее крыло, ему приходилось лишь пару раз слышать, как она смеялась, в те редкие моменты ее глаза лучились зеленью свежей листвы. Сейчас они казались цвета хвои, так

юнцу продолжит осматривать юную деву,

о-то сделат

ожала п

отчего качели пришли в движение. Взад-вперед, взад-вперед, пока не ос

кого тела в своей постели, раз в колебании качелей видел намек. А нимфа,

казал, как я смогу

на поднял руки, словно с

, что ты ничем