Детективные хроники. Красивее жизни

уста.

четверть девятого. Пройдясь по интересующим меня отделам, я собрал немного информации, зашёл в свой кабинет и открыл почту на компьютере. С ночной сме

. Ночью я могу сосредоточиться на работе, и никто меня не будет отвлекать. Конечно, минус в том, чт

о не напрасно. Как показывает практика, у меня почти всегда получается за что-нибудь зацепиться, так как я с особой тщательностью прораба

упления времени прошло пока слишком мало. Я очень надеялся, что чуть позже удастся обнаружить что-нибудь ещё. Собрал в папку все свои ночные заметки по те

*

бинет для

ом числе и начальник моего отдела. Пара женщин сидят и пьют кофе. Мужчины делают вид, что внимательно меня слушают. Хотя некоторые из них и правда слуша

ц сломаешь! Не хватало нам тут ещё одн

вытащил палец из носа и спрятал руку за спиной. Всем своим вид

и, каковы мотивы преступника

го какие-либо личные счёты, учитывая то, что он выдрал у неё

ьное. Действительно, так можно было подумать, е

нажал кнопку на плён

отделение милици

ятнадцать. Высылайте наряд. Или умрёт кто-нибудь ещё. Я с

тпечатки её. Убийца постарался и всё тщательно после себя протёр. Но имеется пара отпечатков, которые не совпадают по нашей базе ни с какими другими. Они оставлены на кухонном кране. Вот ещё интересный факт: в квартире жертвы очень много кошачьей шерсти. Это значит, что у неё был кот или кошка. Когда мы явились с нарядом, дверь была заперта. Но, попав внутрь квартиры, животного мы не обнаружили. Вывод: возможно, преступник забрал кота с собой, после чего закрыл дверь на ключ. Либо кот просто выбежал из квартиры, когда преступник выходил из неё, что более логично. А теперь вернёмся к самому главному – к записке. Чернила на ней гелевые. Крови во рту жертвы к нашему приезду было н

о ещё утро, но в этом году август выдалс

уж правильный какой-то. Работа для него – это, прежде всего, работа. Он предпочитает соблюдать субординацию и общается с коллегами как с сотрудниками, а не как с людьми – за это его никто и не любит. Но все почему-то боятся делать ему замечания. Я пробовал общаться с ним более свободно в рабочее время, но он всё равно держал дистанцию. Иногда я, как и любой человек, уставал и относился к работе небрежно. За это он, естественно, отчитывал меня и заставлял пи

ересное. И все мы должны понимать, как будет нехорошо, если мы допустим появ

инимум две причины, по которым я сове

я начальства нужно выполнять. Но вторая причина, пожалуй, была всё же важнее: меня это дело очень сильно заинтересовало. Недаром я провёл

но говоря, этот случай меня самого заинтере

то: я подумываю о том, чтобы дать вам в помощь Михаила до конца расследования. Он, конечно, ещё

голова только мешать будет. Её гораздо лучше было б

поработаю с Мишк

тузиазмом раскрыть это дело, и я, давно уже не

*

ек среди коллег жертвы, но никакого положительного результата не получили. Все говорили, что она была замкнутая и кроме работы ничем особым не занималась, не увлекалась. Жертва была типичным социофо

неё был. Можно было бы опросить её родителей, но и это оказалось невозможным, так как девушку вырастила бабушка, которая умерла ещё пять лет назад и оставила внучке квартиру по наследству. Где е

вение.

уста.

дет весьма трудно, потому что спал я крайне мало, и то на работе, в перерывах между операциями. Но ради своей идеи я готов побороть усталость и со

роизойдёт, ведь мне нужно ещё совсем немного времени. Конечно, всё может пойти не так. Возможно, что я где-то мог допустить ошибку, учитывая спонтанность моих действий, ведь я не учёл все факторы. К тому

*

л себя свободным, живым как никогда. Буря эмоций бушевала во мне. Вся труппа и оставшиеся на сцене актёры

спасибо! На

как же фина

обы зритель понял, о чём говорит мой персонаж. Чтобы зритель в буквальном

: посидим, пообщаемся, обсудим нюансы. Ведь до премьеры остал

цы. У нас постоянная труппа из десяти человек, и каждый старается, каждый достоин похвалы. А сам я в этой постановке – и р

дня на работе был очень нап

спать. Дома я был уже в десять ча