Не отвергай босса, опасно!

быть хорошей дочерью, чтобы она могла мной гордиться. Училась хорошо, всегда её слушалась. А как не слушаться? Ведь после смерти отчима дела фирмы отним

ина Степановна, не родная по крови, а мама отчима, мы с ней часто созва

чь, ведь я тоже не купалась в любви и внимании. Со временем она стала моей лучшей подругой, мы отличались как день и ночь: я скромная, а она боевая, ничего не боялась, я даже восхищалась ею. В отличие от неё, я всегда думала, что гово

ности. Она в последние годы сильно изменилась, угодить ей было почти невозможно. Иногда казалось, что уж слишком она превозносит себя над другими. Ведь не миллионерша, а так, средний бизнес, в золоте мы не

ашкой. А вот на постоянные походы в салон красоты, пластические операции у неё время было. Мне уже казалось, что весь доход от фирмы стал уходить на поддержку её красоты. Валентина Степановна смеялась и говорила: «Ещё годок, и ничего натурального у твоей м

тельно рекомендовала мне присмотреться к их отпрыску. Когда я увидела Серёжу, то он пробудил во мне только смущение, я ощущала на себе его цепкий взгляд. Это теперь я понимаю,

орил, что видит только меня в качестве жены и матери его детей. Я была на седьмом небе от счастья. Не терпелось поделиться с по

й свадьбе была мрачнее тучи. Это теперь я понимаю причину такого поведения: полюбила она его, завидовала, вот и страдала. Почему мне сразу не сказала о своих чувствах? Я бы от

себе невесть что, приняла желаемое за

умала, что ещё немного и купим квартиру, уедем из дома родителей Серёжи. Мы, конечно, могли жить и в моей квартире, которую за

залась. Но я не спорила, зачем из-за такой мелочи ругаться? А ведь вначале была приятно удивлена, что бывают родители, которые любят детей

авливало. Я не соглашалась, мотивируя тем, что пусть будущему ребёнку останется. Он злился и продолжал давить на меня. Кстати, Валентина Степановна была со мной солидарна, говорила, если вы

нашей задумке я, Катя, Дима - друг подруги, приехали туда раньше на два дня, а Сергей должен был подъехать позже. Работа у

ости зашла полюбоваться морем. Меня спас бородатый байкер, а то быть мне русалкой в море лазурном. Плавать я не уме

ли, танцевали, и мне стало нехорошо. Оставив ребят развлекаться, отправилась домой. Дальше ничего не помню. Очнулась на улице, отель горит, а

нулись домой, он вновь поднял вопрос о продаже моей жилплощади, я не отказала. Мало того, я, дура, позволила квартиру на него запис

Уже больше двух месяцев у меня не было женских дней. Я боялась об этом кому-то говорить, не хотела спугнуть удачу, ждала. Пошла к врачу, он отругал меня, спрашивал, почему так долго не шла. Ну как я могла объяснить, что боялась услышать,

ри дня он вернулся, я накрыла праздничный стол. Он удивился, поинтер

слова: он бил меня по лицу, требуя от меня имя любовника. Я, обливаясь слезами, молила его прекратить, говорила, что не было у меня никогда никого, но он не слышал. В него словно бес

и чтоб духу твоего не

что большая часть денег за квартиру моя. И если он продолжит меня избивать, я напишу заявлению

йдут, пошла и сделала аборт,

ан - квартира оформлена только на него. Он серьё

о такая уверенность, что это не его ребёнок. Кстати, до сих пор не могу понять этого. Мама долго не брала трубку, а когда взяла, ей опять было некогда, пообещала, что,

ла у Сергея прощения. А если я этого не сделаю, то нет у меня больше матери. Дочь, опозорившая её, считай, мертва. Я поняла, что никогда ей не была нужна. Как же было

Катя, она мне обязательно поможет! Я была просто не в состоянии адекватно принимать решения, мысли

ебя в зеркале, ужаснулась: лицо опухшее от слёз, в крови. Постанывая от боли, дышать было тяжело, приняла душ. Только на следующий день узнала, ч

что она поможет с переездом, да и просто поддержка мне была н

рассмеялась, корчась от боли. Потом горько плакала

от, кто меня предавал изо дня в день, прикрываясь командировками, а сам тем временем с «подругой» развлекался. И сейчас раны душевные залечивал. Тошно. А она с т

не было. «Всё, нет у меня никого, я осталась одна», - это были

*

а весь бардак, увидела сигареты, машинально взяла и прикурила, затянулась, подавилась дымом, меня пробил кашель, боль отдавала в п

ля начала нужно сходить к врачу, убедиться, что ребёнку ничего не угрожает. Зашла в ванну и ужаснулась своему отражению: синяки

же такое проделать может. Вот тогда во мне первый раз проснулась стерва. Я вспомнила поговорку: порадуемся за то, что нас бросили, и поплачем за тех, к кому они ушли. Плака

я возвращается

инятия решения: либо я делаю або

напряжённо смотря,

иру, другой вариант

огие женщины рожают для себя, да мы вообщ

за меня. Но в тот момент я ей поверила. Мало того, она п

едить рану своими вопросами? Им какое дело? Если посчитаю нужным, скажу, нет же, лезут в душу! И ведь только чтобы посмаковать подробности, осуждая меня, - я подала на разд

лось, я не выдержу, был момент, когда я малодушно хотела прекратить свою агонию, открыла газ... и вдруг почувствовала шевеление дочери. У меня словно пелена с глаз упала. Боже, я чуть не загубила жизнь невинн

мания на пересуды сотрудников, а работать и зарабатывать деньги - в декр

казываться не стала, и он помог. Дал адвоката, который с лёгкостью выиграл дело, и бывшему супругу, согласно решению суда, пришлось-таки выплатить м

платила ему чем? Подлостью. Пр

ата позволяла нанять няню. Но стоило выйти на работу, опять начались косые взгляды и пересуды. Да и Катерина начала через кого-то из сотрудников распространять новые слухи. Вот тогда моё терпение лопнуло, да и ещё болезнь дочери подкосила. Я обозлилась и последние два года ж

это время отравляла своё существование жаждой мести

*

волновалась за меня, было приятно почувствовать, что моя судьба кому-то небезразлична

ы обладания, отчаянья и злости - говорит о многом. Получается, он меня знает, и чем-то я ему насолила, раз злится. Он хочет меня, и я ему нравлюсь. Вопрос лишь в том, когда он успел проникнуться ко мне. И почему он злится? Кажется, даже ненавидит. А раз ненавидит, почему хочет детей? Дурдом. О