Шах. Женщина бандита

ри этом занимается благотворительностью. Разумеется, подачки бедным - лишь прикрытие чёрных делишек. Его боятся, о нём говорят в полголоса. Но нигде - абсолютно

а, я будто в камень обратилась. К

ьно продала себя в рабство. Как вещь. Как ничтожество. Сам контракт не вызывал доверия. Он с

ень выделен мне не для отдыха, а для ухода за собой и необходимых покупок. Так и представи

зчика» и перед каждым уходом спрашивать его разрешения; я обязана сохранять втайне наши отношения и место врем

нет. Всё это - итог моей беспечности и слепого дов

дчинённым. Ему нужна была девушка для совместного времяпровождения, но по известной уже причине Беслан не мог познакоми

на это идти, но Оля воззвала к моей совести и, глядя в её заплаканные глаза, я просто не смогла отказаться. Больш

ата... Правда, я не уверена, что смогу обратиться с этими бумажками в суд, если вдруг Шах решит меня кинуть. Однако если всё получится, я смогу выплати

«мелкий шрифт», но ничего не обнаружила. Казалось, всё предельно

так паршиво. Потому что это сегодня

*

акие-то жуткие кошмары и толком отдохнуть не вышло. Начался мандраж.

му-то казалось, если Шахбулатов увидит меня в такой одежде

сидела у окна с чашкой кофе и смотрела на чёрную ино

бросил в труб

рена, что смогу. Теперь же, мне хочется порвать контракт и сбежать. Только бежать некуда. Бандиты найду

зким парфюмом и сигаретам

лядом, и я не смогла не заметить, как он ухмыльнулся одни

. Я могу прямо сейчас порвать их и выйти из машины. Руки дрожат, губы уже

дпис

мотрю на нег

ент под

юсь. Один шаг - и всё... Пути назад не будет. Тогд

т руку, а мои пальцы скр

ему контракт, а ощущение, бу

ерёд, хлопает по плечу водителя, и тот трогается с места. Я в панике дёргаюсь, оглядываюсь назад. - Сейчас поедем

. Ну да. Р

оро

ый рюкзачок, в котором я везу вещи первой необх

ои вещи

тавить. Насчёт одежды не волну

ими. Захотят - одевают, захотят - раздевают. Чем больше денег, тем больше причуд. В слу

голову, пару минут

запомнить. Никогда не смотри на него. Не поднимай

о? Н

нно-белые манжеты рубашки. - Слушайся меня, и всё будет хорошо. Поверь, я не

отреть. Есть что-то ещ

Если только

вовала на себ

е так с м

звлекать его. Радовать. Понимаешь? А така

ет своего шефа бесом. Ох

- растянула губы в

время ты должна привести себя в порядок и приготови

*

мнил, когда так боялся в посл

Нур, шагнул к нему. - Но стоишь

Ви

лучаешь её, я получаю спокойного, уравновешенного шефа, а дев

одписал

ие. Идиот. Думал, она не такая, как все. И это в е

ичего н

писать договор, я решил не нагружать е

ильно. Что

конверт всё-таки вскрыл. Пробежался одурелым взглядом по чёрным, р

и её

ненавидит, когда он так д

о нервничает. Может, пусть ей сначала покажут комнату? Осмот

ел из себя, хотя перед этим долго держался. -

ить с Шахом, когда тот в таком сост

ся. Надо прийти в себя. Она теперь его. Никуда не денется.

но почувствовал её запах. Охуенный, дур

ьми. Но проснувшийся азарт заставил кровь забурлить, и он усмехнул

у. Одета в закрытое, облегающее платье, будто пытается показать ему, что она «не такая», но трахаться с

улся за бутылкой с водой. - И по имени, - почему-то до одури

. Услышал собственное сердцебиение, очень близко напоминающее с

че. Но так - ни разу. Тогда были просто фантазии. А с

ени, - да, одна из его грязных фан

глаз, приоткрывает рот, глядя на шрам. Её трясёт. Испугана.

- рявкает на неё, и девчонка б

её за несколько глотков, но ж

устую пластиковую тару, и с грохот

рилась плечом о дверь и, дернув

*

как само собой разумеющееся, потому что я к нему не уборщицей приш

сматривал меня с головы до ног и обратно. О чём он думает? Заставит

у двери на себя, подтолкнул

му он в таком случ

здухе. Наверное, такое ощущение испытываешь, когда входишь в клетку с диким зверем. Страх.

ся. Поздно бояться. Я

ыло велено, на него не поднимаю.

с, грубый, с хриплыми нотка

едставляться не решаюсь. О

ойди и опуст

делаю то, чего делать не следовало. Поднимаю на него взгляд. Это полу

сказано, н

ить здесь со мной никто не будет. Я видела его лицо... Оно так изурод

. От него сеткой в разные стороны расходились более мелкие, неровные рубцы. И я услышала собствен

йди

плечом. От боли и испуга из глаз брызнули

ыстро захлопнул дверь. - Что?! - рявкнув в лицо, оттеснил

ями, размазываю по лицу

то, бл...

взглядом, хватает за лицо. Сжимает щеки, большим пальцем лови

Нурлану, а потом, от

хает поверенный, прикладывает

*

реагирует на меня не более, чем на жужжащую муху. Разве что не от

тывает глаза. Открывает пере

аво, - говорит приказным т

пока вы не скажет

мне, хватает за предплечье, си

порогом этого дома! Если ещё раз выведешь его из себя - пойдёшь домой, и никто за тобой бегать не будет! Таких, как ты, миллионы! Не ты, так другая! Та, которая будет посговорчивее! А теперь смотри! -

одальше от психованного хозяина с изуродованным лицом и его такого же неуравновешенного помощни

а, глядя в пол, и пальцы

Ид

рьере чувствовался мужской минималистический стиль. На стенах не было картин известных художников, а из мебели лишь строгий минимум, но так лучше,

а, - Нурлан обогнал меня, р

етов, пара тумбочек, кресло, журнальный стол и шкаф на всю стену встроен прямо в неё. И большое панорамное окно. Я

рас

ь колкостью, но провоцировать его не стала. Больно нервные тут все. А я не в том положении, чтобы права качать, тут он прав. Я здесь девочка для оказания определён

е отрываяс

льше? Что

лей дал понять, что п

льствие и не думай о том, как заработать, чтобы не склеить ласты от голода. Гуляй, плавай в бассейне, занимайся тем, чем вы, женщины, любите заниматься. От тебя требуется лишь одно - быть радостной и делиться это

етно отступила в сторону, чтобы не ч

удешь одна. Он всегда

о женщина. Я наёмный

е делать

переоденься, прошу тебя. Это платье стрёмное. Распусти волосы. У тебя оче

о. Я ва

*

анозой в мозгу. Там не осталось места для других мыслей. Время от времени поры

ему в лицо. - Ты меня вообще слушае

расстегнув верхние пуговицы рубашки, завалился на спинку дивана

однял брови, расплылся

ди Тату

есть, я имею в виду, может, ей стоит эту ночь побыть одной, привыкнуть к новому

бе коленную чашечку.

уки вперёд в з

придёт твоя принцесса.

воб

дражало и бесило. По венам будто горячая смола течёт, и адски чешутся кулак

ночам ему снится. Голая, мокрая, стонущая под ним. Гладит его шрамы и шепчет его имя. И кончает, крепко сжимая его член в се

*

и нежно. Откровенно, но не вульгарно. И верхняя одежда совсем не развратная. Платья, джинсы, футболки, пара толстовок. Всё не так и страшно, да?

комплект чёрного белья выпал из рук. П

ивет

ты там?

доме, разбираю купленное для меня бельишко. А вечером, ско

ально.

хает, динамик н

ь, ты наша единственная надежда. Брат до сих пор у н

Они не

т. А

звонке молчу, Ольге с

корее. Шах нормальный мужик,

рошо по

Сделаю всё, что

Ты только никому ничего не рассказывай. Просто решила заработ

хорошо, Оль.

, что родной человек в плену и не иметь возможности хоть как-нибуд

ги, выпрямив спину. Хоть бы это был Нурлан, а не его шеф. Я пок

сь лицо помощника

нивающим взглядом, отчего захотелось закрыть

уже пора? – наверное, мой голос прозвучал слишк

и в карманы. Его лицо вдруг преоб

стной, улыбчивой и нежной. Подаришь ему немного ласки. Пообещай мне, - просьбы в его тоне нет. Э

сё будет...