Табак и звезды

упления идеологические – не нравился режим, его методы, его правила или его защитники. Тех, кто выходил на демонстрации против выборов, бастовал против чипи

другим отменять законы. Конституции отмирали, уголовные кодексы уходили в прошлое. Интернет становился теперь и законодателем

цина в крови. Кражи стали бесполезны – интернет вещей делал свое дело, превращая всю с

егализовали употребление медицинской марихуаны для успокоения недовольных масс. Если и провозили килограмм-другой необычных ве

стью. На дворе стоял 2027 год, но уже тогда люди отказались от книг в пользу экранов – телефоны с компьютерами справлялись со всеми функциями чтения, полностью его заменяя. Черные зеркала дарили нормы поведения и ценност

ысль о том, что бумажные книги лучше, комфортнее и «вечнее» электронных. Их страницы можно нюхать, думая о старых днях, их можно дарить друг другу, а не просто пер

ктировать. Однако для Вадима это не было ни книжной, ни химической влюбленностью. Тут была одержимость – в тот вечер концентрация норадреналина, вазопрессина и окситоцин

тельству гражданских активистов вышел громкий закон, вешающий на насильника презумпцию виновности – без разницы, женщина это или мужчина. После вступления этого з

За это время Вадим успел собрать липовые доказательства, подкупом договориться с судьями и исправить кое-какие записи, относящиеся к жертве. Все полу

Те верстальщики, копирайтеры и дизайнеры, которые располагались снизу, не замечали ничего странного. Были те же полицейские проверки, только вот простым смертным работникам "

цам смеялись над этим в баре, в свободное время критиковали друг с другом власть, не боясь

едалекой древности, сочиняющих мировые шедевры. Виски слева от н

ания того, чт

ьши

же

тоже совсе

делал та

оворить ник

не

ве

дый день теми

ь на п

или

его ра

своими делами

-то д

ближе, че

ит че

ко тебе

мя настолько

ется тол

ться с

ожно

и социальных инженеров. Они делали все так гладко, что ни у кого не оставалось сомнений – скоро каждый в Общей России начнет так преданно любить свою страну, что будет готов за нее не только умерет

нал о последствиях этой процедуры, знал о слежке и управлении через чипы, но кое-какое преимущество он получил. Около сотни человек в Общей России стали обладать иммунитетом – президенту, его приближенным, Госсовету и семи сотрудник

. За день до этого приходила Первая Полиция: проверила работу "Газеты", сверила показания чипов всех главных сотрудников, вн

из десятков встреченных прохожих – стоял у порога и звонил в прикрепленный тут же звонок. Спустя десять д

показывал на запястье. Никто этого шифра не понял – кроме одного прохоже

вился на Вадима, пок

Вадима и тут же захлопнул дверь. В помещении тут и там висели протезы – какие-то принадлежали раньше людям, какие-то были свежие, только с завода. Вадим загляделся на большую коллекцию: протезы от трех до девят

улыбнулся. – Но я сразу

ных со стороны государства разрешений. В таких вот подвалах люди улучшали навыки одной операцией – внедрение андр

оить будет семьсот пятьдесят долларов, – мужик бегал глазами в поиске реакц

лачу до

ны на лбу, – для начала мы глушим все способы разночастотной идентификации. Сразу по

ребил Вадим. – Ей они з

ы все равно избавимся от чипа не здесь. Иначе твоей последней локацией будет наш

гуманистической выставки. Висящие по всей стене протезы, всех фор

мне дов

как ты зашел, – послышался женски

скудное освещение, источал синеватое све

базам... которые у нас есть, разумеется. Знали вы бы все, какой гигантский след оставляете в

м выставленным вперед запястьем. У нас там все документы, у нас там датчики контроля гормонов и нейромедиаторов... постоянная

ткуда познания? – мужик запрыгнул на стол и устроился поудобн

ми, – Вадим решил быть полностью откровенным: может быть, среди этих людей он