Табак и звезды

стали либо частью внезапно созданной Хабаровской республики, либо частью владений Китая. Камчатка с Чукоткой отошли к США – никто так и не понял почему. Многие спорили о будущем страны, оппозиц

ли в руках у мэра Москвы. Дорогин сошел со сцены, оставшись незримым правителем, поставив Ондара в качестве публичного лица. Сергей Кужугетович победил без реальной конкуренции – уже лет пятнадцат

обственным рейтингом, который определял процентную ставку, размер страхования и стоимость услуг. К 2036 году в России царило то же настроение, появился тот же характер власти, что и ровно сто лет назад. Тотальный контроль за людьми в реальности и интернете, постоянные чистки и цензура, никакого п

тройство, которое может помочь в изменении сознания. Поэтому люди все делали добровольно, думая, что это их решения и идеи, тогда как на самом деле все уже было решено. Неугодных тут же подчищали – либо за ними приходила Первая Полиция, либо им блокировал

в приподнятом настроении – это был его тридцать седьмой день рождения. Воскресенье разливалось по улицам. Можно б

емах виртуальной реальности, модницы с десятью слоями одежды и тремя сумками на груди, спорящие о том, когда полностью исчезнут текстовые сообщения. Вот пролетело квадротакси, унося очередного богача куда подальше. В России пока еще совсем м

технологии. Беспокойство сошло на нет спустя всего лишь год, когда весь мир свыкся с тем, что вся та же валюта и информация сохранились, всего лишь п

кислорода в крупных городах решалась искусственными листьями, занимающимися фотосинтезом в местах, где не хватает деревьев. Уже не делали искусственное дыхание, а просто вводили инъекцию халькогенов с полезными добавками. Все вещи были по

. Как же все легко и прекрасно выглядит со стороны! И как все гнусно было на самом деле. Чтобы немного отвлечься от происходящего, вече

сделать так, чтобы на выборах снова победил Сергей Ондар, чтобы все так же любили Госсовет и его решения, чтобы никто не считал действия Первой Полиции, выходящие за рамки

с Сопротивлением. Конечно, у режима были противники. Противники вечной пропаганды и тотального контроля. Клеймящие Россию как страну господствующего тоталитаризма, обитель идеократии, лоно соврем

енции в Геленджике и оттуда руководит действиями и Госсовета, и Первой Полиции, и господина президента со всеми его подчиненными. Только человек, выведший стран

ежима, с которыми нужно бороться? Какие-то акции протеста, редкие демонстрации, террористические акты, о которых Вадим узнавал только по редким слухам, потому что новости постоянно зачищались. Он не

словнокам

бъемлющими безд

ыл полон

м незамет

ползала гус

полненный битком

лькали блики

на мелькали д

л с гор и плыл по с

ухмылку Бога в

ость природы в

ели верхушк

земле один

агивая кроссов

теперь свою жизнь как од

ю по ре

источало благогове

р в это время догоня

о хвоей и ч

камням вечности, которые б

ался с деревьям

ала в мозг, а с

скрипели ши

веток появлял

наступал

гда была одним маленьк

дости вс

акивал те

еса погло

вался лот

ворялась на

оросил р

х вдали походили н

икасалось с зем

оял на

на чистом зеркале

ирода пахла од

агой, трава тя

поддерживало

скале деревья ржа

воряясь в лесу,

едметом и

в лесу уб

вясь

л неогра

аждого под кожей запястья уже шесть лет полный арсенал шпионской аппаратуры. Государство с помощью всех средств говорило о том, что чипизация была проведена для упрощен

формацию. Чипы были во многих людях еще до 2030, потому что к 2023 году все вакцинированные от различных заболеваний имели под кожей сотни датчиков. В 2030 лишь узаконили этот контроль, параллельно внедрив главный чип в запястье. Благодаря этому скорая помощь или полиция теперь работали как швейцарские часы. А враго

лушанию. С двумя процентами населения, не явившимися на добровольную чипизацию шесть лет назад, произошло именно это. Их буквально выдернули из жизни, вычеркнули из одного места, перевоспитали и вписали в другое – новоиспеченные законопослушные граждане, перепрогр

пешных акций зомбирования населения у Вадима и шести его подчиненных появилась прочная защита. Теперь можно было бы

и это? И сколько так будет продолжаться? Никто не знал. Семь товарищей по счастью собирались в баре по пятницам, обсуждали количе