ВОСЕМЬ. ЗНАК БЕСКОНЕЧНОСТИ

зи закрыты. Хотя, он бы не пропустил, несколько часов здесь торчит, с того момента как позвонил в колледж и узнал, что

ения. Дождь моросил по лобовому стеклу, и дворники разма

т молока, бисквитные печенья и кофе с сигаретами. Заславский вышел из машины и пошёл ей на встречу, приподнимая воротник куртки и щелчком отбрасывая окурок на мокрый асфальт. Кэтрин не видела его, она

позвал п

вол её дери, когда–то она улыбалась ему искренне, бросалась на шею и целовала в губы, обволакивая его запахом шампуня и карамельного блеска для губ. Какого

лько она красивая, иногда Алексу казалось, что Кэт не настоящая, а фарфоровая, такая хрупкая, что едва коснувшись можно сломать. На

целый вечер и оставил

тут же перешёл в саднящую неприятную боль разочарования, – мне кажется,

я, когда увидел на её лице об

вай погов

ь, может в м

а плечи не тряхнуть хорошенько. Можно подумать, есл

о перед ней и Кэтрин грациозно села на переднее сидение. Он судорожно сглотнул, увидев её тонкие лодыжки,

ниты, Кэт. П

рела, слегка при

Ан

ыла твоей паци

олиция больше не инт

а её зелёные глаза лихорадочно блестели, и она старалась на него не смотреть. Кэтрин хочет побыстрее от него избавиться, скорее всего

же наверняка слышала о втором

аконец–то Алекс увидел в

колледже, но она не была моей п

, о своих сомнениях. Раньше они часто обсуждали вместе те дела, которые он вёл и

нским стилетом, Кэт. Эти дв

затянулась сама, так же медленно вернула ему обратно. Бросил взгляд на её тонкие пальцы и заме

на бледном лице появилась тень беспокойства. Алекс мог поклясться, чт

, что могло бы их связать? Например, о дружбе с кем–то похожим на Вер

анной. Всё что она упоминала и говорила выход

путанно до невыносимости. У них есть подсказка – два одинаковых, словно скопированных

едь не просто так спрашиваешь?

неправильно. Всё, что мы видим, неправильно. Я вторые сутки думаю об эт

с чиркнул зажигалкой, давая ей подкурить, – виде

ро посмотр

то? – внутри тут же вспыхнул ф

кс, она наносила их сама. Намеренно не задевая вену, такие лёгкие царапины, скорее, чтобы оставить следы, чем

мки мёртвых девушек, выбрал тот, где крупным

осм

видел, как она судорожно глотнула. Из–за бледнос

наконец–то услышал он её се

, считаешь, она могла

у, несколько секунд с

депрессиям, но она хотела жить, а эти... эти порезы нанёс человек, которы

то в глазах Кэтри

а с ней? Неужели я не почувствовала этой о

м привлёк Кэтрин к себе, но она высвободила

не

ки и увидел снова... мат

яла обе руки вверх,

– Когда, Кать? Я как идиот жд

можно подумать, что его вопрос поде

говорила. Всё, я ухожу. Если будут

Алекс увидел на сиденьи чёрный картонный пр

Кэ

а шаги, не

ку, но так и не отдал. Поче

онечности переплетался с

Все! Не ид

ещё раз и ещё. Чееерт! Твою мать, а!? Но почему? Почему

ё. Чееерт! Твою мать, а! Но почему? Почему вот та

ненно слышал. Две секунды и его фотографическая идеальная память копа с многолетним стажем тут же выдала информацию. Алекс повернул ключ в зажигании, и машина с рёвом

*

першила в горле и обволакивала

чёрного, красного и белого. Иногда только чёрного и белого. У него была слабость к молочной коже, именно сливочно–

одетый, в элегантную тёмную рубашку с распахнутым воротом и брюки с безупречными ?стрелками?, расставив длинны

то сводит, то разводит ноги, открывая его взгляду тонкое кружево, под которым просвечивает её влажная плоть. Данте ещё не прикасался, но он был уверен, что не просто влажная, а мокрая. Её тело подрагивает, он видит, к

сным тусклым освещением. Он наклоняется, проводит рукой по женской ноге, подбираясь к бедру, на

сжимаются, то разжимаются в ожидании. Он знает, как сильно она хочет его прикосновений, боли и наслаждения, которые он может ей подарить, но сегодня она этого не получит. Скорее всего, не только сегодня, а уже никогда. Это их последняя встреча, и она об этом знает, последняя, потому что его больше не возбуждают ни её покорность, ни её запах, ни её кр

ез его прикосновений, а ему на это плевать. Завтра, когда они встретятся в обычной обстановке, она опу

тепени, что больше уже ничего не будоражило, каждая игра заканчивалась предсказуем

ми, деньгами, шлюхами и кокаином. Соскочить оказалось не просто, а он и не собирался соскакивать. Быть безжалостным монстром гораздо лучше, чем

. Его боялись до суеверной дрожи и липкого пота. Он прекрасно знал об этом и получал удовольствие сродни сексуальному удовлетворению. После смерти отца он возглав

кончиком лезвия по её шее. Спускаясь всё ниже, царапая стоящий торчком сосок, с

ни себ

так, как он сказал, будет размазывать слезы по лицу и ласкать себя дрожащими пальцами,думая о нём. Она будет делать

авлению к лифту он достал с

щешь. Я хочу знать о ней всё. Ка

л отеля, сотовый пикнул смской. Данте вышел на улицу и направил пульт си

рязные игры? – усмехнулся, усаживаясь за руль и включая музыку

*

ый зонтик в прихожей, пошла в кабинет, взяла в руки тетрадь и села в кресло. Несколько минут я листала страницы. Искала. Сама не знаю, ч

ь на коленях и ждать, пока он разрешит мне поднять голову и посмотреть на него. Просто посмотреть. На него можно любоваться бесконечно. Да, я х

бы он попросил меня умереть, я бы умерла для него. Это страшно...так зависеть. Жутко терять себя саму, растворяясь в мужчине, для которого ты просто игра... ког

ь, датированную июлем месяцем этого год

нец, а я хочу, чтобы

олжно заканчивать

оставляет с

полистала список контакт

ер, простите

обо были рады, и проклятое чув

елала себе татуировку, что-нибудь, какой-то знак, с

итку и шумно выдохнула, у

етиться? Я могу к вам приехать? Да, я понимаю. Может завтра, п

перед ноутбуком. Только ближе к полуночи внез