Одержимость

оссия.

ых коробок будет намного уютнее. Я достала спички из кармана огромной рваной куртки и взяла из стопки листовку, привычный текст бросился в глаза: "Внимание, пропа

Только фотография висела на стене, да бабушкины рассказы. Но она оставалась для меня чужой и незнакомой. Это все равно, что потерять что-то, чего у тебя никогда не было. Я не понимала тупых соболезнований и вопросов типа: "Как ты без мамы?". Да как все. Жизнь на улице началась внезапно. Я никогда не думала, что буду способна укусить социального работника за руку, пнуть в живот коленкой и удрать в неизвестном направлении, я это сделала. Привыкать к будням бездомной бродяжки было трудно, отвоёвывать своё место на чердаке заброшенной стройки ещё труднее, но у меня получилось. Наверное, тогда я поняла, что у меня есть власть над мужчинами, пока самыми юными, такими, как Цыган. Как только я появилась в нашей "семье", он тут же положил на меня глаз. В школе меня называли красивым ребёнком, часто фотографировали для всяких там школьных газет, журналов, но это все осталось в прошлой жизни. В этой, я самым первым делом отстригла волосы ржавым ножом, обгрызла ногти. Я не хотела, чтобы во мне видели девчонку. Если бы не Цыган, которого все боялись, отымел бы каждый, кто захотел, но тот не дал. Сразу взял под своё крылышко, а потом и драться научил. Со мной вместе в картонных коробках жил Барсук. Севка. Он был младше меня года на три, но тот ещё зверёныш, поначалу мы с ним дрались за каждый сантиметр, а потом сдружились. Барсука неделю назад задавил пьяный придурок, и я осталась одна. Если это можно так назвать. У нас была своя бригада малолеток-беспризорников, на че

е грел заледеневшие руки. Кто-то отодвин

еня к тебе де

образное жилище и с

р устр

оло

хмыльнулся, но дальше намёк

грей лучше,

ухмыль

ты нравишься

е оформилась ещё. Сисек нет, месячные приходят, когда им вздумается. Но ведь была красивой – волосы длинные золотистые были, медовые, бабушка в косу

надо,

ам свадьба. Приоденешься нормально и влезешь в

вое д

к тебе достал. Никто не заметит, они там налакаются до пот

а, глазки бегают, губа нервно под

а иност

муж за немца вышла,

ать, я со вчера ничего не е

е можно, мне он позволял бо

ак орут? Я проверил -

бросила куртку, содрогаясь от холода, и увидела, как

нись, п

нула свёрток, и даже не глядя, что там, натянула через голову шерстяное платье, пото

жно

только

ырнуть его из моей халабуды, но он н

казал –

авно короткие, физиономия не грязная, помада, как красно

Ид

-то, и держаться с ним за руку непривычно, я выдер

ался прав, я вписалась в эту толпу и незаметно юркнула в квартиру, застряла в коридоре. Вещи иностранцев тут же бросились в глаза – модные

гла чья-то огромная, покрытая ве

творишь,

толпа. Выбежала во двор, Цыган уже понял, что я спалилась. Кто-то сгрёб меня сзади за шиворот, я увернулась, и упала в грязь. Цыган бросился на обидчика, но тот мёртвой хваткой держал меня за лодыжку. Все, как в замедленной съёмке. В руке Цыгана блеснул нож, он ударил одного из мужиков в бок.

цом к окну, видя, как там, на асфальте, в грязи, неподвижно лежит Цыган. Спустя несколько часов, на допросе, мне

ки, а ранение того самого мужика приписали мне. Сказали, на ноже нашл

зраиль.

выцветшую футболку. Осталась в одних трусиках сомнительного цвета и свежести. Посмотрела на него с презрением. Проклятый морокашка возомнил себя Богом или кем там ещё. Он думает, что будет решать, как поступит со мной дальше. Он просто не знает, чт

аташка, очен

украинка, россиянка, молдаванка - все. Сино

и усмехнулась. Он оторопел, п

е слова, Наташа.

ата о

обошёл вокруг меня несколько раз. О

ебя продавать хороший клиент, и мы дела

нагло сплюнула на пол, - А

лица – не ударил и не ударит. Слишком дорого стои

тысяч шеке

сом6 и запивали кока-колой, почитывая "Идиот Ахронот"7 , а там, в двух метрах от них, в туалете, продавали русских "Н

Ассулин придёт, он любит новеньких, - бросил разъярённый сутен

лжна была встретиться два года назад. Только тогда я не была русской зОной. Я была ...не важно...просто была совсем другим человеком. Я всегда другая, только там внутри все ещё и

1 - Да пошел

– Да что ты го

роститутк

н!4?– Я же сказала тебе

- сутенер

внутри, намазанная хумусом (срод

- Последние И

лава правительства Израиля) мечтал, чтобы Израиль стал нормально