Лакомая кровь

лся на ногах, да и сам рыцарь представлял собой далеко не лучшее зрелище. Усталость на лице гостя, смешанная с ужасом и раст

азал охранник, прег

плым голосом рявкнул всадник. – Я барон Ла

хнул страж, поднимая воро

ший гостя слуга буквально вздрогнул от неожиданности, увидев пере

ендовать лорду? –

ответил рыцарь. – Да поспеши, по

лая стрела и поразила сэра Эдора точно в шею. Рыцарь медленно осел на пол, пы

ело было срочным, - в ужасе пробормотал дворе

слегка вьющимися волосами. Одежда его отличалась роскошью, пожалуй, даже чрезмерной – в камзоле из дорогих материалов была явно видна работа нес

ому окну, и по стоявшим в нерешительности слугам. Мягкий свет заходящего солнца, проходя сквозь витраж, раскрашивал каменны

дня бьют окна и отправляют на тот свет славного барона. Дайте хоть стрелу рассмотрю. Какая-то она странная. А несч

стое оперение, а с торца красовалась фигурка летучей мыши с человеческим черепом. Ничего подобного графу до этого видеть н

ают белым с красными полосами флагом. Необъяснимая гру

о-то из слуг. – Прикаж

Генри. – До приезда кого-н

ть увидят все собственными глазами», но не стал. Пожалуй, не стоило объяснять свои мотивы лакеям. Граф подошел к разбитому окну и посмотрел на поврежденное место. Как-то это все было

ла сверху! Гос

го – он не позвал священника. А все вокруг просто-так

Филиппом, - распорядился граф.

ине холма. До него, впрочем, было почти полмили, и едва ли даже арбалет мог выстрелить с силой, достаточной для того, чтобы и стекло разбить, и доблестного барона отправить на тот свет. Но и представить себе лучника, висящего в воздухе, Уотерхолл не мог. Еще, конечно, поражала безукоризн

есь кубок. За это время солнце зашло совсем, и и

рные тени. И как только колокол в высокой часовне начал бить десят

m, - мрачным басо

ritu tuo, -

й отец поднял флаг и внимательно посмо

уховник и перекрестился. – Пр

яком случае, не сейчас. Для начала я хочу п

нее! Нет, ни один честный и благородный христианский воин не возьмет в руки это бесовское изделие. Фу, сэр Генри, теперь

л с тяжелым вздохом лорд

тый витраж, недоуменно взирая то на

к духовник. – Откуда был произведен в

ец Филипп, - сказал лорд. – Этом

В тихом холле едва различимо шептал сквозь пробоину ночной бриз, да слегка потрескивали свечи. Поэтому

ь, дует холодный ветер. – Почему вы не соизволили поставить меня

арки. Она любила сравнивать себя с идеально ограненным алмазом, но на самом деле лучше всего описал ее герцог Уорсли. Он, будучи в изрядном подпитии на

, кроме денег и власти. Она влюбила в себя юного сэра Генри, не испытывая к нему ни

приятнее. И с тех пор совершенно перестал ценить мнение своей супруги, которое, кстати, в большинстве случаев было

Магда. Мы с сэром Уильямом решим

звоном в голосе ответила графиня. – Ведь старший сын лорда

одумал сэр Генри

ся начать мессу по внезапно почившему сэру Эд

ди Уотерхолл. – Но помните, гр