Его Альфа, Её Секретная Сила

СЕ

ет или умерет

жаные сапоги, образуя липкую, замерзающую жижу на промёрзшей земле Хребта Валькир. Перед нашей оборонительной линией в долине внизу расположились дв

ховые глаза были широко раскрыты от азарта боя, лицо забрызгано тёмной, дымящейся кровью врагов. Мы не правили нашими землями из комфорта позолоченно

ала на опушку леса, где огромную деревянную осадную машину выкатывали на позицию шесть тяжеловооружённых рабов-огров. Если

плотно сомкнуты, конечности дрожали от ледяного холода и животного ужаса надвигающейся смерти. Им едва исполнилос

земле не проль

Ветер хлестал по моим заплетённым серебристо-белым волосам, неся металлический, удушающий запах горящей серы и свежего побоища. Каждый шаг бил с

ндир с другого конца окровавленного снег

огнулось основание гранитной горы. Валун, обвитый зазубренными железными шипами и го

уперевшись обеими ног

тожение, открывая спящие кинетические пути в своём ядре. Древняя магия Эгиды хлынула вверх из кост

ои вытянутые ладони, не раздалось ни зву

ельный термический жар растворилась на поверхности моей кожи, словно вода, попавшая на сухую губку. Металлические шипы

стой, сжатой серебряной энер

ки, швырнув вражеских канониров назад в сосны, словно сломанных тряпичных кукол. Промёрзлая земля треснула, поглощая авангард

колько секунд назад стояли их враги. Они подняли мечи к серому небу, скандируя моё имя с фанатичной преданностью,

ли дрожи в

ого звука моего собственного сердца,

локоть, когда моя равновесие на мгновение пошатнулось. - Захватчики

ои твердеющие, непослушные губы. Каждый слог был как лезвие бритвы, скребущее по го

глаза уловили неестественный, бледно-голубой оттенок, быстро распространявшийся по скул

аянный приказ вырвался из моего

ы, пока не достигли внутреннего святилища королевского лагеря. Как только тяжёлые полотняные пологи командного шатра

в броне п

й, ледниковый холод взорвался в центре груди. Кинетическая энергия, поглощённая от вражеской катап

шептала Лира, падая на колени у

ающим слоем серебряной морозной гнили. Затейливые кристаллические паутинки льда быстро ползли вверх по бицепсам, следуя вдоль сосуд

адочно потянувшись к пологу шатра. - Нам немедленно

ье с такой кинетической силой, что могла оставить синяк. - Никаких цел

ше линии челюсти. - Проклятие Эгиды ускоряется! Каждый раз, когда ты поглощаешь удар, чтобы защитить этих солдат, температура твоего ядра па

проскрёб по моему онемевшему языку. - Западные военачальники. Восточная коалиция. Все они ждут малейшего признака сл

реметь по деревянным доскам пола. Агония была всепоглощающей - глубокое, клеточное жжение, кото

ы. - Запри двери павильона. Если кто-нибудь спросит... скажи, что Суверен

о волка, пока я не оказалась погребённой под слоями тяжёлого меха. Однако окружающее тепло ничуть не останавливало внутреннюю

иней войны, которая правила се

ой замёрзшей крови, зная, что следующий раз, когда я использую свою силу, чтобы спасти

ХИД

предательские колеи, достаточно острые, что

остно впивались в ушибленную кожу плеч. Вокруг меня грандиозный караван Стаи Железного Клыка растянулся на

мега! - рявкнул св

осседал на своей позолоченной карете, закутанный в роскошные южные шелка и медвежьи меха, с украшенным драгоценностями винным кубком, лениво

баночки с лекарствами разобьются, потому что ты споткнёшься о свои собственные неуклюжие ноги, я прикажу страже использовать твою голую спину как мишень для лучников сегодня вечер

т не сорвалс

и меня главному правилу рабства: молчание - это щит, а достоинство - единственное, что Альфа не может сорвать кнутом. Пусть он насмехается над моим статусом. Пусть

на раздался ужасающий с

на бок, левая задняя нога вывернулась под неестественным, тошнотворным углом. Деревянная повозка, прикреплённая к упряжи, опрокинулась, ра

уке. Он протопал через слякоть к упавшему животному, лицо его налилось тёмно-пурпурным от ярости. - Мы и

рил возница каравана, пятясь от бьющегося в панике жи

однял меч, готовясь вонзить тяжёлое стальное лезвие пр

ился, моё тело двинулос

ду, вставая прямо между разъярённым Альфой-военачальником и бьющейся л

м баритоном мужчины, отказывавшегося наблюдать бессмысленное убийство. - Сустав не раздроблен. Это чистый вы

ая рука хлестнула, нанеся мне brutalный кинетический толчо

шагнув вперёд с оскаленными зубами в территориальном рыке. - Ты

я прижал голые тёплые ладони к дрожащему плечу животного. Мгновенно наружу хлынула естественная успокаивающая аура, присущая мо

ширились, она тяжело прижалась головой к моей груди, пока успокаивающая

я приказ ошеломлённому возниц

нным движением запястий я вправил сустав обратно в правильное положение. Животное издало долгий, дрожащий вздох облегчения, пока мои руки быстр

ка я вытирал ледяную грязь о грубое шерстяное пальто. - Она

ёптывались, наблюдая, как ранее искалеченная лошад

бной обиды. Он ненавидел, что презираемый слуга решил проблему, которую не смог решить его

го, магического спасителя, становишься выше воинов, которые проливают кровь, чтобы тебя кормить. Но запомни это, когда мы доберёмся до зала равноденствия: там, среди правящих ста

рикивая приказы, чтобы караван

и, устраивая пеньковые лямки на ноющих

нную боль в груди. Это была не боль от синяков после толчка Вейна и не физическая усталость от подъёма в горы. Это была глубокая, духовная то

ная электрическая дрожь, заставив п

, собравшихся на пир равноденствия, меня ждало нечто. Притяжение настолько древнее и непреодолимое, что зол

осс! - крикнул возни

нул вперёд по слякоти, маршируя прямо навстречу стол