Одна ночь с дядей моей лучшей подруги

опными газами и сырым цементом. Обширное, тускло освещённое пространство было заполнено рядами дорог

мало что делал, чтобы отогнать холод, ко

ся к своему вишнёво-красному Порш

, её голос звучал тихо в

алась отправить поисковую группу». Она подняла небольшую элегантную подарочн

слабую улыбку

ились, её взгляд снова сфокусировался на шее Елены. Она протянула

пальцем прямо под ухом Елены, где из-под наспех нанесённого консилера выглядывал слабый

сердце начало колотиться в бешен

бопытство теперь полностью разгорелось. «Кто он? С

Орлов стоял неподвижно в тени. Он направлялся к лифту для руководителей, когда

напряглась. Он видел пан

ь была настолько неуклюжей, что было больно. «Знаешь,

, не впечатлённая. «Теле

мким, слегка отдаваясь эхом в гараже. «Я об

воздухе, жалк

ий звук вырвался из его губ. Это был не совсем сме

отдающейся тишине гараж

нщины

рошептала Ксения, е

сандр вышел и

бетону был намеренным, размеренным, каждый шаг

кий рост и тёмный костюм делали ег

нно выпрямляясь, её манера поведения изменилась с дерзкой лучше

евелиться. Она не могла дышать. Она могла только смотреть на мужчину, идущего к ним, мужчину, в чьей п

ановиться, с точной меткостью, на Елене. Его глаза были тёмными, нечитае

спросил он, его голос – низкий, мягкий баритон,

али вперёд, скрывая лицо. Она молилась, чтобы

», – пробормотала Кс

остановившись менее чем в футе от неё. Она чувствовала слабый, чистый з

, его взгляд намеренно опустилс

а Петрова», – сказал он, его голос был опасно

шал. Двойной смысл, скрытая угроза, чистая, неприкрыт

ного унижения. Её ноги ослабли, казалось, они могли подкоситься в любой момент. Она впилась

вета. Он донё

янницу. «Не отвлекай моих сотрудников, Ксения

чному лифту, его спина прямая, походка увере

мно закрылись, от

ьи нити были обрезаны. Она опустилась н

хватаясь за грудь. «Он сегодня не в духе. Мне

окрой от холодного пота. Игра оконче

она. И он точно зн