Освобождение Омеги

ица

ла Дарья. – Я скоро

что ты на самом деле веришь её лжи? Ты думаешь, мы бы не у

рать такую, когда он может получить любую женщину, какую захоч

ья. – И я собираюсь ей помочь. Можеш

уки в воздух и ушёл. – Но не гов

вдали, прежде чем повернуться ко мне с ул

*

рье, когда она шла впереди меня. – Я не видела ничего п

и я быстро протянула руки, чтоб

, когда она повернулась, чтобы посмотре

ела. – Он попросил меня

е её лица стало ещё более странным,

ладка: «Конечно, я разговаривала с

й, снова ярко улыбаясь. – Мы по

выдохнула я

рья несколько минут спуст

ирался почти на такую же длину, как небольшая ре

ла она, медленно

и у края бассейна: «Ч-что значит, ты знаешь? Раз

ла на ме

а? Как ты заставила

моему позвоночнику. Я не умела плавать. Я не училась до сме

чались для членов стаи, а

х сантиметрах от меня. Её глаза покраснели, и она кр

шь? – сказала я. – Пожалуйста, отп

ным, – сказала она с горьким выражением лица. – Кто бы мог подум

рдо сказала я. – Н

– она усмехнулась мн

в моей голове промелькнула

из её рта. – Он даже не позволяет нам приблизиться к нему, но позволил тебе назыв

а

ы должна решать их с ним, а не со мной. И если ты действительно хочешь знат

смотрела на меня сверху донизу, как

так любопытно, – сказала я, обходя её. – Но

и я потеряла равновесие. Я потянула её за собой, к

я из моих беспорядочно машущих рук и

когда проглотила ещё один глоток во

ием лица, когда выбралась из бассейна. – Так что ра

изо всех сил пыталась у

ремени я б

уходя. – Ты должна винить себя; не моя вина

ия, но когда холодная вода просочилась в

есёт огненный жар ада,

Дарьи. Он звучал приглушённо,

шь?» – спросил Дави

бассейн», –

работа», –

лел, поэтому я предложила е

ил Давид. – Ты прив

ожал. – Здесь тольк

зал Давид. – М

я голос Давида. – Почему

йне, Альфа, – сказала Дарья.

гда я погрузилась, и вода быстро

*

Давида прямо над моим, как бу

мой голос звучал х

дёрнулась на его челюс

ко. Кто бы выглядел таким

в своей стае?» – спросил

увидеть, что ткань полностью прилипла к моей коже, как будто её

ак они только посмеются надо мной. Я выжила в те годы, роясь

на груди, прикрывая твёрдые вещи, кот