Восставшая из пепла: Слишком поздно для сожалений

дела простое чёрное платье, нечто подобающе скорбное. Это было одно из моих старых платьев, которое о

м смокинге, а она - в потрясающем кроваво-красном платье

Антонина, - прошипел Герман, когда мы

ьному залу. Все сливки общества были здесь: потягивали шампа

ования в связи с «трагической потерей матери её дорогого друга». Люди заиски

ермана, - восторженно произнесла женщина, увешанна

положив руку на предплечье Германа. - О

весь свой портфель технологических акций. Понёс огромные убытки. Говорят, он сдела

на, её глаза расширились

лал это

утку по поводу моего простого платья, сравнив его с нарядом Киры. Я почувствовала укол унижения, но сох

впечатление на Киру, не скупясь, делал ставки на ювелирные украшения и произведени

от. Редкое антикварное сапф

- выдохнула она. - То самое,

ов на другом конце зала не отставал. Цена росла всё

обиженной гримасе. Победителем оказался старый,

овского. Я наблюдала издалека, моё любопытство было задето. Я

ман низким голосом. - Назо

енно улыбнулся

ляков. Но... возможно,

мимо Германа и оста

был сальным и собственническим. - Классическая красота. Какая жал

Герман взорвётся, что он защитит мою честь.

л. Он просто стоял т

ак обменять меня на украш

ок моего сердца, который, возможно, ещё хранил

рожать. Мне нужно было убираться оттуда. Я повернулась

нал меня в

нина,

, - выплюнула я,

я вещь. Сделай это для меня, для нас. Покровский - старик. Всего одна ночь. И тогда мы бу

стой ненавистью, что она казалась почти физической силой. - Ты сам

о ожест

шая сделка

у. Я увидела проходившего мимо официанта с подносом напитков. В порыве чистого, сам

. Коридор накренился, огни расплылись

ь, и Герман

о с

него, зрение с

робормотала я. -

то он это спланировал. Он знал, что я буду на эмоциях. Знал, что я могу совершить что-то импу

ближе, его губы к

был ядовитой лаской. - Просто пережи

т меня. В последний раз о

почувствовала, - это как он ведёт