Слишком поздно для сожалений: Умирающая жена мафиози

а. Сигаретного дыма. Тяжёлого, пр

разлепила т

аемая лишь огнями города, просачи

ом кресле в углу - сил

сигареты горел во мраке, словн

дома неско

ов, что он жил в квартире

ув зубы от острой боли

авис над кроватью. От него веяло ули

словно кандалы. Хватка была такой сильной, что оставит син

да кости,

но мои силы были лишь

и, - про

им пальцем по выпирающей косточке моего запя

н насмешливым тоном. - В этом д

ня в горле и вырвался

себя голодом ради твоего вниман

сь, он потянулся к прикроватной лампе. Щёлкнул выключател

, - прик

ась от яр

очке, стояла белая коробк

был клубничный торт. Безуп

равду е

он. Тот телефонный разгово

красные ягоды, и тошнота

не принимал твёрдую пищу; мне

а него глаз

та девушка на пожарной лест

вправду думал, что торт мо

я подошла к мусорному ведру в углу комнаты и выпустила к

им з

ная сука, -

асстояние между нами и впечатал мен

угроза тяжело п

ал, - прорычал он, его лицо было

ама по

, и ложь на вкус была как пе

шипел он. - Хотела посмотрет

ли дикими от ярости, но под гне

ыбросила его торт. Ему было пле

Максим, - ти

ался в меня, твёрдая стена его груди пригвоздила меня к

бами в нежную кожу. Было больно. Но эта боль бы

боко в

пробормотал он мне в кожу, его

телу, остановившись на тяжёлом п

зал он. И сам начал

что я принадлежу ему. Хотел жестокостью

еня не осталось сил на б

на пол. Его грубые руки нащупали тонкий шёлк

зам

стрые, торчащие кости

нахмурившись и глядя

му ты

ительный звук, словно нож,

ел на меня, потом на свой

рко вспыхнул

его глаза искали на моём л

ипшим от противоречивого желания. - Умоляй меня

лову на стену

тоишь, Максим,

ва были

Поэтому я и умир

енело. Он отв

? - ска

плач на том конце прово

! В клубе какой-то м

тводил от м

, хотя его глаза всё ещ

ысленная болтовня её телевизора - любое отвлечение, чтобы зап

тела я задрожала. Он схватил свою куртку и бросил после

я, Екатерина, -

мнаты. Он выше

призраком клубничного торта и г