Брошенная невеста: Одержимость безжалостного миллиардера

очти закрылись, когда в щель просунулась

отъехали в стороны. Евгения вз

ужбы безопасности. Его глаза были холодными и оценивающими, когда он окинул

ство лифта наполнил резкий, агрессивный запах. Это был тёмн

лу разнеслось ритмичное:

вошёл м

л о его пугающем богатстве. В правой руке он держал трость с серебряной рукоя

гении: «Госпожа, мне нужно, чтобы

днял головы, а просто щёлкнул двумя пальцам

, отступил в угол и нажа

пространство с незнакомцем. Она скрестила руки на г

ый подъём, мужчина мед

трел на женщину, ст

будто его сердце остановилось. Он сжал рукоять трости, серебро холодом обожгло его ладонь, удерживая ег

идеонаблюдения в Лазурске. Девушки, которая оттащила его исте

яла в красном платье

лодного безразличия, чтобы скрыть абсолютный хаос, бушевавший в его крови. Но е

ыл физическим. Он покалывал кожу на затылке. Он

ут же пропу

ё в животе запорхали бабочки, и это не имело ничего общего со страхом. Она не знала ег

ной к холодной металлической стене лифта, пыт

шумная, пьяная группа мелких светских львов попыталась протиснуться в и без того удушающе маленьк

пыталась отступить, но ей некуда было деваться. У неё вырвалс

ытянулась вперёд, и большая ладонь надёжно обхватила её голую, стройную руку. Он с пугающей силой от

врезалась в стен

кедрового аромата. Сквозь пиджак она чувствовала сильный, быстрый стук ег

епко сжимая её. В тот момент, когда он почувствовал тепло её тела, прижавшегося к его,

его энергии. В её груди вспыхнула паника. Она упёрлас

она разглаживала переднюю часть платья, отчаянно пы

торая десять минут назад планировала корпоративную казнь, полностью исчезла,

окалывало от призрака её тепла. Он уставился в по

ёс он. Его голос был невероят

енно заморозил пьяных светских львов. Охранник Максим тут же шаг

одъём. Тишина в кабине была оглушительной. Сексуальное напряжение было

ын

пентхауса. Звуки классической музыки и

ышла из лифта и быстро пошла по ко

лаза были прикованы к покачиванию её крас

отянул её своему начальнику: «Господи

я, тёмная, собственническа

сказал Клим. – Я и

риметр. Мне всё равно, что произойдёт в этом зале сегодня вечером. Никто не должен

л из лифта и направился в б