ица
вые приборы лежали на темно-красной скатерти, а суровые портреты прошлых Альф смотрел
ней мере, та
Дзинь
ал серебряной вилкой по хрустальному бокалу. Резкий, скр
го челюсть была сжата, его внутренний волк, Горд
го прекратить», – сказала
ахнул рукой, даже не
лиса. Он всего
енную руку на руку Яна. Она одарила меня снисходительной улыбкой. – Чтобы
ожила
. Это откровенное неуважение к э
еждением. Но прежде чем он успел выплеснуть на меня свой гнев, Леонтий, ободренный защитой матери и мо
меня в животе. Я вста
ак только я вошла. Леонтий стоял на цыпочках, пытаясь дотянуться до каминной
ия моих родителей. Единственная часть моей д
я, и в моем голосе прозвучала резка
атем его лицо исказилос
Дядя Ян – Альфа! Это ег
т!» – Я брос
над головой и со всей
ьным грохотом. Черно-белая фотография моих родителей
ина поглоти
еонтий разразился театра
мальчика к груди. Она посмотрела на меня с ядовитым три
удушающей защитой, но ни капли этого не было для меня. Он бросился к Кир
азбитому стеклу, отчаянно пытаясь спасти порванную фотографию. Острый осколок глубоко пор
ребенка?» – голос Яна х
ижимая испорченную
мои роди
с моей руки, и его глаза осталис
а. Это всего лишь фотография. З
ческий удар. Он не просто проигнорировал
Ян, и его тон уже звучал как приказ А
тилась на колени и извинилась перед отпрыском
Последняя, жалкая нить моей надежды оборвалась, оставив
алось с моих губ, п
ним троим спиной и вышла из комнаты. Я поднялась по лестнице в сво
в ванную, включила кран и сунула кровоточащую руку под
зашифрованный теле
было никаких эмоций. – Сделай это. Завтра. Мне всё равно, как мы
/0/23724/coverbig.jpg?v=4363193c38e73807eb190bb74f38b0f2&imageMogr2/format/webp)