Та, что украла мгновение

то потому что солнце настойчиво пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы. Гром уже н

- мягкая удлиненная кожаная куртка. На ноги - мотокеды, в которых удобно и ездить, и ходить весь день. Волосы собрала в хвост, чтобы не ме

м вздохнул и улёгся на тёплые доски террасы, всем видом показывая,

Я вырулила за ворота и направи

иточные купцы и фабриканты. Сейчас эти места выглядели немного застывшими во времени: старые липы вдоль обочины, кованые

тёмного кирпича, с круглой башенкой с восточной стороны и высокими стрельчатыми окнами. Архитектура - смесь модерна и чего-то готического, неожиданн

охнула глубоко. Воздух здесь был густой, настоянный на старо

ощавый, с аккуратной седой бородкой и внимательными светлыми глазами. Одет неброско, но дорого: тёмные брю

покажу основные помещения, а дальше вы сами посмотрите своим професси

ла за ним по до

ссивная люстра под потолком, мебель в чехлах. Пахло деревом, старыми книгами и едва уловимо - лавандой. Аркадий Львович провёл меня по первому этажу: гостиная, столо

винтовая лестница вела наверх, в круглую комнату с тремя окнами. Аркадий Львович сказал,

ь обратно в холл. - Если что-то понадобится, я б

и я оста

знакомиться» с пространством. Где падает свет, какие ракурсы самые выигрышные, где фактура дере

ассивный письменный стол, бронзовая лампа с зелёным абажуром. Я подняла каме

я впервые у

будто кто-то мерно постукивал по дереву где-то наверху. Я опустила камеру и прислушалась. Ти

од. Не сквозняк - холод шёл словно изнутри, от самого пола, и был каким-то... направленным. Я выпрямилась, огляделась. Солнечные

рукой и оста

ветки - листья замерли в воздухе, как нарисованные. Я обошла стол, внима

овой, у самой двери в коридор, на паркете лежала тонкая полоска света. Она падала не из окна - все окна были с другой стороны. Я подошла ближе и по

плый, чуть колеблющ

ожет, он сам туда спускался и забыл выключить. Я взялась за ручку, но дверь оказа

густеть. Пора

Но взгляд то и дело возвращался к тёмному углу под лестницей. Сейчас, в движен

в тяжёлых рамах. В одной из них, угловой, я задержалась. Зеркало в полный рост стояло напротив окна, и в нём отраж

тила к

кто-то прошёл за спиной - быстро, едва уловимо. Я резко обернулась. Никого. Ко

Может, блик. Может, в

от самый стук - теперь он доносился из-за двери в башенку. Я остановилась.

ветер, дерево «играет» от перепада температур

о лился с трёх сторон, заливая всё пространство. Пусто. Только старый мольберт в углу, запылённый и забытый. Я обошла комнату по кругу, выглянула в

а просилась в кадр своей геометрией

рные. Листая их, я задержалась на фотографии столовой - той, с отражением люстры. В тёмной полировке стола, если увеличить, можно было различить очерт

лампочка, а щель под дверью шире, чем кажется. В кад

? И почему Аркадий Льво

з дома. В саду Аркадий Львович п

конч

олос звучал буднично, - а что в подвале? Я не заметила входа, но на одном кадре получилась

сталось спокойным, но в

родственника, я приезжаю только присматривать. Ключей от подвала у меня

ьна, - я улыбнул

одном из окон второго этажа - кажется, в той самой угловой спальне с зеркалом

вида особняк уменьшался, превращаясь в тёмный силуэт сре

Вечером, лёжа на диване и перебирая отснятые кадры на ноутбуке, я снова открыла фото столовой. Полоска света под

ук и долго смот

нее. А может, и самому Аркадию Львовичу задать ещё пару вопросов. Что-то в

было заворажи