Стая чёрное чламя: В огне испытаний

ляя кровавые полумесяцы. Его грудь вздымалась тяжело, неровно, будто внутри бушевал ураган, готовый сорваться с цепи. Каждая клетка тела горела от ярос

чены, ловушки расставлены. И всё же враги

ди. Он бета. Его долг - предвидеть, защищать, не

ртельным для них препаратом, - так ничего и не сказал. Смерть вместо плена? Отказ от любого шанса на

ьсировало одно: предательство. Кто-то помог им - сами кровососы не смогли бы обойти ловушки.

ая-то... - глухо

Сердце бешено колотилось, кровь пенилась в ж

который он сейчас вот

ияр,

а

алась, - ухмыльнулся Ростислав,

ины ему сегодня совсем и «не хватало». Волчица метнулась к нему, осторожно ощупала ка

обратила она на предупрежден

Данияр стиснул зубы. - Ступа

, внезапно превратившис

уг вампир притаи

ался хохот

оится вампиров! - покач

о-то не то. Зара никогда

та. - Ростислав тебя проводит.

начала б

ё голос. Марта. Тётя той самой

ой, угловатой, с большими глазами. Но уже тогда он не мог отвести от неё взгляда. Это бесило. Унижало. Своди

прекраснее с каждым годом. И опаснее - для него. Её движения делались плавнее, взгляд заставлял волка

Он представлял, как будет целовать их - нежно, потом жадно, со звериной яростью. О

евероятным усилием воли ему удавалось скрыть от остальных членов стаи своё влечени

флиртовала, не искала его взгляда, не играла в эти грязные женски

залось, не будет конца. Данияр ненавидел себя за то, как его тело реагирует на неё. За то,

у. Словно первый лучик солнца после долгой ночи, она проникала в самое нутро, заставляя к

рожного прикосновения. А он безумно хотел прикоснуться. Мечтал оставить на ней следы пальцев.

даже на расстоянии. Он ловил жадно её аромат в возду

искрами - в них горел словно запретный огонь. Ему казалось, что она видит

л просыпаться с рычанием, с телом, напряженным от неудовлетворе

погибла в детстве, он бы поклялся, что Дея

а с ума. От её нежности сжимались когти. Её беззащитност

терпя возражений. Они не боялись драк, не прятали взглядов, не отступали, если противник не был альфой или доминантным волком - вот тогда их поведение резко менялось: опускались глаза, прижимались уши, голоса звучали тише, движения становились осторожнее. Самки знали границы. И

о власть. Это статус. Это шанс подняться туда, где

не склонит голову. Тому, чей взгляд жжёт кожу. Тому, чьё присутств

рупкую девочку нужно защищать, оберегать, прятать от жестокости их мира. И от него самог

ва тронутая геном оборотня - делала её слабой,

явит на

лась, ища выхода. Данияр заглушал эту боль, пытался избавиться от зависимости в объятиях других женщин: красивых, сильных - таких, ка

ь... Ро

Бета чуял в нём соперника. Видел, как тот бросает на Дею

чить её. Никому не позволит заявить права на Дею. Даже пусть сам не сможет быть с ней, но и другим д

сь от воспоминаний и лишних эмоц

им, её глаза б

! Я поте

стило удар.

, с Айрис прячется

аха. - Они должны были встретиться у ре

к завыл, рванулся на свобо

Данияра прозвучал хрипло,

в шагнул

тправлюсь

назойливая Зара, хв

тобой всё здесь осмотрим, раз ты и

Он закрыл глаза, сжимая кулаки так, что кровь засочилась м

аг назад, скидыв

вое рычание, - ты забыла, что я бета стаи? Моя обязанность

ривились в яд

презрения. - Практически человек. Значит, н

ение она оказалась перед Зарей с обнажёнными клыками.

янницы не стоишь! Она - часть стаи, а ты здесь всего лишь гостья. - Марта резко повернулась к Данияру, её взгляд пылал яростью.

лчицы ни к чему. И если бы не обещание, данное погибше

руглились, но вместо страха

пнула, прижимая ладонь к груди

, что даже Ростислав фыркнул, а Данияр

сталь, - а последнее предупреждение. В сле

плечами и разв

шёл. Не буду

ара закусила губу, её пальцы сжались в кула

сил ледяной взгляд на Зару, - с собой захвати, отведи её к мате

Зару за плечо, паль

По

ся, её взгляд метался м

хотела с тобо

взбесило её до предела - эта нагл

которого кровь стынет в жилах - холод

л тихо, но так, что у Зары по спине проб

нда жгла его изнутри, как раскалённое железо, оставляя шрамы на его сердце

раивались, шерсть вздыбилась, покрывая его тело густым белым мехом. Когти впивались в землю, оставл

вскинул морду к небу. Его ноздри втянули ночной воздух, ища след, который мог бы

сты разлетались в стороны, ветки хлестали по бокам,

Разорву всех, кто посм