ПУСТЬ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ БУДЕТ БОЛЬНО

словно отшвырнуло назад, в тот самый день, когда я впервые приехала к Цареву-старшему, и моя жизнь вывернулась наизнанку. Реакция у того таксиста была очень похожа, словно я назвала адрес

стью, смешанной с запахом костров и сырости. Я невольно поймала себя на мысли, что вдыхаю этот запах полной грудью. Я соскучилась по нему. Есть иногда крохотные мелочи, которые вызывают бурю эмоций и воспоминаний. И если еще полчаса назад я думала о том, что мой дом там, гд

ве похожа на

в свои развлечения. Воюют между собой, отстреливают мозги друг другу, а нам, обычным людям, страдай. Я сегодня утром вообще не м

сленно, что мне стало не по

и? В новостях это

супругами. Заказное, видать. Ничего никто не найдет, как всегда.?Суета для вида. Потом сам

обы потеть и толкать с остальными. Как быстро мы меняемся под давлением обстоятельств. Где-то полтора года назад я бы с ним согласилась, а сейчас это слишком касалось меня самой, чтобы не почувствовать раздражение за эту тира

чему-то вспоминались нищие кварталы и бомжи под лавками городских парков, контрастом, как плевок в лицо, словно это я

сбавил с

енты кругом, а эти твари

видеть Руслана и понять, что с ним все в порядке. От нетерпения я нервно стучала зажигалкой

проезд, явно завышая цену, а мне было

оежилась от холода, сжала сумочку ледяными пальцами. Так

дела, как они разливают кофе из термоса в пластиковые стаканы. Меня вначале не заметили, да я и привыкла. Никогда не любила бросаться в глаза, и это не изменилось. Я часто поражалась, насколько мы с Русланом разные. Он - в неизменных футболка

к Цар

и, завидев камеру,

к Ца

й чемодан и с любопытством о

ствен

и так

опоздали, церемония начал

сь и снова обернулась на журналистов, потом на полицейских - первые заинтересованно смотрят на мой чемодан, а вторым вообще фиолетово, кто пришел

- немного

ех побрал с э

зитов, - спустя пару секунд, - вы можете приехать в другой день или передать ему сообщ

отографии, которые Царев-старший увозил с каждой поездки к нам и говорил, что нашими лицами увешан весь его дом? То

волен, если вы меня не вп

мне не велено н

я от злости выдохн

вынуждайте мен

страны неискореним. После двадцати уже старая кляча, вышедшая в тираж, и никаких церемоний. В Валенсии я начала забывать об э

каю внимание журналистов, но мне уже было наплевать. Я провела в дороге слишком много времени, перенервничала так, что сейчас у меня срывало все тормоза, и я хотела поговорить с Русланом.

он. Еще секунда, и я устрою скандал. Плевать, что на меня это не похоже. Мне посигналили, и я

в машин

и снова перевела

авай без истерик. Я пот

рузил мой чемодан в багажник под щел

*

а я, как только он отъехал

на похоронах. Он в ужасном состоянии. Непрекращающиеся в

это я! Оксана! Не какая-то там непонятно кто! Он не отвечал мне на звонки два дня! Два чертовых дня я сходила с

тянул мне

ала перед домом и тебя видели журналисты. Это ради твоей безопасности. Еще неизвестно, кто уби

более чем убедительно. Но по спине пробежал холодок. Я снов

а мы

только Русу сказали, чт

прекрасно знал, что я приехала

росила я, нервно постукивая п

й квар

ыехал на трассу и

, что о

азобраться, и это не произойдет так быстро, как мы хотим! Поверь, на Бешеного столько навалилось, что я еще удивляюсь, как он не сломался и не сидит на водяре с утра до

вый район, и Се

лючи мне в руки и уехал. А я так и осталась стоять посередине комнаты с чемоданом и в полно

тличие от меня, а Руся требует конфет и мультики. Я слушала рассеянно, постоянно думая о том, что сказал Сергей – об убийстве родителей Руслана, и понимала, что мне стра

*

и, у него возникнет это дьявольское желание убивать. Смотрел на круглое отверстие во лбу отца, переводил взгляд на мать, которая казалась неестественно хрупкой и маленькой под белоснежной простыней, и понимал, что у него крошатся кости и впиваются в мясо от дикого желания найти того, кто это сделал, и выпустить ему кишки в полном смысле этого слова. Взгляд застыл, как стекло... вместо синеватых лиц покойников он видел, как от

те провести вскрытие, при

у волосками серо-буро-поцарапанного цвета. Понимает, что ни хрена не сделает и создаёт видимость работы, оправдывая жирный конв

и мне, прекратите ломать здесь комедию. Займит

мнаты для опознания и почувствовал, как предательски саднит в груди, как першит

с страховку подрезали, и он прекрасно понимает, что барахтаться бесполезно, все равно утянет, на ногах уже свинцовые гири в виде Оксаны и детей, драгоценные гири, которые не скинуть и скидыва

середину, пытаясь вздохнуть, а она, сука, зах

яснить, что они, мать его, по уши в дерьме. Точнее он, и притом давно. От

Приехала, а он, идиот, мог бы и предвидеть, что она так поступит, но его парализовало после того, как увидел трупы

уставы захрустели. Ну куда ее принесло? В самое пекло. Его самого перемалы

ко выдохнул, когда пальцы стиснули смар

роклятая египетская пирамида, вместе с мумиями и крысами. Придавило костями и золотом. Это не тачки угонять и не стволом на рынке размахивать. Это взвалить на себя все дело отца и попытаться сделать вид, что у него не

ывая в окно. Сотовый снова зазвонил и

жно все обсудить. Дела не терпят отлагательств. Люди у

я! И не уходят, а их отстреливают, как скот, безнаказанно отстреливают и продолжают жить и дышать

в руках... в тех самых руках, которые ходуном ход

ы телефоны

е техника

Чт

отца с матерью дайте похоронить и пореш

ус. Я добра тебе же

ми чужие сиамскими б

ты со своей любовницей разберешься,

нда - и по дисплею расползется паутина трещин. Мать

ается. Не лезьте

тов будет, как собак нерезаных, и все они

рами и бумагами. После похорон я

бы се

лядь, траур

и сжал переносиц

меня подставил!? И

очень надо было закрыть Царю рот, до т