Предательство как шанс: любовь и богатство после развода

бирался зак

и стекали по волосам, затекали за воротник куртки, промочили насквозь домашние штаны и кроссовки, которые противно хлюпали при каждом шаге. Город давно уснул, только

тье Саши, тянущиеся к бокалу Лены. Её собственные часы. Её подарок. Её жизнь, которую она выстраив

спокойно, дорого. Фонари горели ровным жёлтым светом, отражаясь в мокром асфальте, машины стояли ровными ряд

а

ый растворимый кофе в общаге и рисовали проекты до онемения в пальцах. Та, которая знала её настоящую - дерзкую,

курсе никто об этом не знал. Катя появлялась в общаге в старых джинсах, растянутых свитерах и с вечно перепачканными тушью руками по

ну быть собой, - говорила она, когда кто-то удивля

рхитектуры. Алина доказывала, что классицизм не умер, его просто нужно переосмыслить, а препод, пожило

ала Катя после пары. -

вредная, - пре

жаю в

сессии и вместе их закрывали, вместе пили дешёвое вино на крыше общаги и мечтали, к

ировала те самые дома, о которых они мечтали, - в отцовской компани

лина выбра

С самого первого дня, когда А

да, провожая их взглядом. - Как на красивую, удобную

обиделась Алина. - Он забот

ой проект, которым восхищалась комиссия,

, не н

ах поселилась тревога, котор

силась, когда видела, в

а. Потом яркие платья сменились бежевыми и серыми. «Он говорит, что это элегантнее». Потом дерзкий характер, умение спорить до хрипоты,

олугода замужества. - Ты же была жгучей шатенкой, с этим каштановым о

плечами Алина с той самой мягкой, пустой улыбко

челюсти до хруста, до побелевших костяшек. Катя умела молчат

была

для открытой неприязни, - но каждое появление этой «подруги» вызывало

- Она же фальшивая насквозь. Улыбается тебе, а глаза пустые. Спрашивает, к

иваешь, - отма

. - Я вижу структуру. А в этой жен

а о том, как права была подруга. Как всегда была пра

не отвечал. Алина уже хотела уйти - ну правда, час ночи

м несёт в

ения, но всё равно до боли родной. Катя нико

- выдохну

, но насыщенная

ахо

ю, растрёпанную, с разводами туши на щеках. Алина смотрела на своё отражение и не узнавала себя. Кто э

она оказалась лиц

му что Катя даже спать ложилась так, будто ждёт визита фотографов Vogue. Рыжие кудри, всегда непослушные, были соб

куртки. Кроссовки, хлюпающие при каждом движении. Волосы, превратившиеся в сосульки. Лицо, по

сек

мёртвые, в которых не ос

ая в сторону. - Быстро в душ. Согревайся.

задрожали, и вместо слов вырвался только всхлип

ула вперё

ёмная мать и Катя сутками сидела рядом, не задавая вопросов, просто молчала и держала за руку. Только тогд

же. Надёжные, тёп

тя в мокрые волосы. -

-

м на голове, сжимая обеими руками огромную кружку с зелёным чаем. Волосы ещё влажные, но уже не ледяные. Тело пот

е, поджав под себя ноги, и молча смотрела н

азала подруга, когда пауза

а расс

и не отметили годовщину. Про сторис Лены, где мужская рука с часами тянется к бока

. - Помнишь, я тебе писала тогда?

прислала мне три варианта, и я сказала

е часы. Что они греют ему руку. - Алина усмехнулась го

й деталью. Когда Алина дошла до фразы «ты всегда дома», Катя

процедила она сквозь зубы. - Проблемы

да не любила, -

а мой день рождения года три назад? Она тогда полчаса сканировала квартиру, оценивала каждый предмет,

ла, она

х ногтей. Я таких за версту вижу. У меня отец строит бизнес с такими людьми, я с детства на

Се

еальной жертвой. Удобная, домашняя, верящая в лучшее. А у неё - харизма, уме

ы, жалобы Лены на одиночество, её комплименты Саше («Какой же у тебя муж

а, - проше

й. - Ты не идиотка. Ты просто люби

жку. Чай почти остыл, но о

ждала по ночам. Я отказалась от всего. От института, от мечты, о

нять, кто ты есть на самом деле. И знаешь что? Сейчас ты э

слёзы, но сквозь них пробивалось ч

ёр тебя. Заставил перекраситься, переодеться, заткнуться. - Катя сжала кружку так, что побелели костяшки. - Я смотрела на тебя все пять лет и не узнавала. Где моя Алина? Которая

а, - тихо с

самый дальний этаж, за семь замков. Но она там. Я знаю. Я вижу её иногда - в твоих глазах, когда

в горле душил, слёзы текли по щекам, но внутри вдруг стало те

на. - У меня ничего нет. Ни денег, ни профес

она усмехнулась. - Милая, архитектор - это не корочка в дипломе. Архитектор - это способ мыслить. Ты думаеш

помню, - про

обняла за плечи. - У меня денег куча, связей полно, а ещё я упрямая как осё

Зл

ошее топливо. Ты сейчас

я. Очень злая. Не на Лену даже - на себя. На

- призна

вольно кивнула. - Зн

ёртого утра. За окном по-прежнему лил дождь, но з

почему не вышла замуж? У тебя же был

фыр

у замуж. Я хочу строить дома и путешествовать. А мужики... - он

счаст

Я не позволяю никому себя перекраивать. Я такая, какая есть. Рыжая, вр

сил

оняла, что если я себя не полюблю такой, какая есть,

ась. А потом

. ну, любовь

на неё долгим, с

красками, характерами. Когда не просят перекраситься, заткнуться и стать удобной

чала, пер

любви, - тихо добавила Катя.

ромном, мягком, укрытая пледом ручной работы, который Катя привезла

. Потом вышла на просторную лоджию. Город просыпался - загорались

р Саши и долго смотрела на экра

ла надо поставить её на ноги. А потом.

кофе, включила ноутбук и начала составлять список: адвокаты, риелторы, психологи, возможные вак

-

пентхаусе с панорамными окнами, Дамир

- привык. Зат

ые глаза, пустые и одновременно полные такой боли, что у него внутри что-то ёкнуло. Он видел много женщин - красивых, умных, успешных

, который уже стоял на пороге с

луш

зелёные глаза, рост примерно сто шестьдесят пять. Вчера ночью, район центра, шла пешко

аботы он никогда не получал таких запросов от

ет сд

л и отверну

ёт ее. Но интуиция, которая никогда не подводила его в би

ом огромном городе, женщина с каштановыми волосами и зелёными глазами