icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon

Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение

Глава 8 

Кол-во слов:559    |    Дата выхода: 05/03/2026

, свинцового оттенка

под пальто были толстыми, зудящи

стеклянные двери клиники,

а водите

ротуара стоял че

ились к нему, небреж

были перевязан

тебя домой, -

днюю дверь, ожи

инулась

я есть

тон не оставлял места для возражени

ляде

ливался,

сил вести вой

зубы,

орогой кожей и м

оробка изысканных шоколадных конф

чтобы исправить шрам, кото

эти вещи зд

уршало в щ

ащила

неоновый

е менять настр

у в тугой шарик и

тельно наблюдая за мной в зеркале заднего вида. - Мы в

- сказала я, глядя

жет, София поживет с тобой в общежитии? Только на первы

ссме

гла сде

ей груди, болезненн

ка, которая зажгла спичк

- плавно возразил Лев. - Э

ала я. - Спросите ее, гд

ой. Вместо этого она

нь вып

учшей вы

произнести вст

, - сказал Матвей, к

ледовала за ним

ен, воздух гудел

езал темноту и

й ленте, которую я за

енте. Она была в моем

ода! - прощебетала она в микрофон

жливо за

оде, у меня пере

деля. После того случая на причале... ей нужен был заряд уверенности. Мы знали, что т

ела публичны

них пре

еделями перед зеркалом, о

ивой, - сказал Матвей

голоса, чтобы

ерну

просил Лев, схватив

ет, - со

из актов

а мимо

ез парадную дверь

янулась

лянулас

Получите бонус в приложении

Открыть
Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение
Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение
“Я была принцессой Уральской бригады, а Лев и Матвей - моими верными защитниками. В десять лет мы смешали кровь, поклявшись, что ничто и никогда меня не коснется. Но эта клятва обратилась в пепел в ту ночь, когда София Рыкова направила римскую свечу мне в грудь. Фейерверк ударил в плечо, и мое шелковое платье вспыхнуло мгновенно. Катаясь по бетону, крича, пока пламя впивалось в мою кожу, я ждала, что мои мальчики спасут меня. Они не спасли. Вместо этого сквозь дым я видела, как они бросились к Софии. Они укутали ее своими пиджаками - теми, что предназначались для меня, - укутали девушку, которая только что подожгла меня, и стали утешать, потому что ее напугала «отдача». Они позволили мне гореть, чтобы согреть ее. Когда я очнулась в больнице с вечными шрамами, они принесли мне письмо с ее извинениями и защищали ее «несчастный случай». Они даже порезали ладони, чтобы заплатить ее долг, игнорируя тот факт, что в бинтах была я. В тот момент Елена Воронцова умерла. Я не кричала. Не умоляла. Я просто собрала вещи и сбежала туда, куда они не могли последовать: в объятия Дамира Морозова, безжалостного авторитета Москвы. К тому времени, как они осознали свою ошибку и приползли обратно, умоляя под дождем, я уже носила кольцо другого мужчины. - Хотите прощения? - спросила я, глядя на них сверху вниз. - Горите за это.”