Трёхлетняя ложь - Её сладкая месть

нна, я поняла, что мои трёхлетние отно

жениха, Антона Орлова, но случайно подс

сказал он ледяным голосом. - И ни

го подруги детства - женщины, которая

ушка, подвергли пыткам, основанным на моих са

, стал моим палачом, убеждённый, что

у алтаря, готовый нанести свой

километров оттуда, готовая транслировать

только н

ав

ица

нна, я поняла, что мои трёхлетние отно

такому же неистовому, радостному стуку в моей груди. Рука дрожала не от холода, проникавшего скво

еме

пришлось вцепиться в край раковины, чтобы устоя

Антон Орлов был для меня всем. Он был солнцем, которое выжгло тени моего прошлого, твёрдой землёй под ногами после целой жизни нестабильности. Он, наследник корпоративной империи Орловых, выбрал меня, обычную м

ь свидетельницей того момента, когда его идеальные, строгие черты озарит

рече в «Ониксе» - одном из тех неприлично эксклюзивных московских клубов, где

вного возбуждения, которое не имело ничего общего с кофеином, выпитым за двенадцатичасовую смену. Я представляла его реа

терьер клуба. Тёмное дерево, мягкая кожа и тихий гул голосов влияте

ов в люксе «Ас

рный. И другой, до жути похожий, от которого по спине пробежал холодок. Его близн

что сможешь это вынести? - Это был Эмиль, в ег

стыла на дв

рс три года. Один день ещё выдержу, - ответи

нула. Фарс? Что

го жениха, пока я делал всю грязную работу, -

пусто. Я прижалась ухом к хол

н. - Ты с ней развлёкся. Я же, в свою очередь, оставалс

ихие звуки клуба превратились в оглушительны

да? Чьи руки ласкали моё тело в т

сё это затеял. Я был лишь актёром. И чертовски хорош

ое, жёсткое, которого я никогда раньше не слышала. - Просто наивная дуроч

кушением. - Выражение её лица, когда ты бросишь её у алтаря и сделаешь предл

жилах. Земля у

чалом моей жизни.

о она сделала с Дианой в университете. За каждую слезинку,

Диана

. Красивая, популярная девушка, превратившая мои студенческие годы в ад. Та, о ко

о Диана готова?

од растаял, превратившись в тепло, которое я по глупости считала предназначенным для ме

ужу крик. Ноги подкосились, и я рухнула на мягкий ковёр в коридоре. П

о было

ждое нежное прикосновение

одуманный

но сшитом костюме, с холодным и высокомерным выражением лица. И Эмиль, с немного ослабленным галстуком и

в глазах Эмиля, прежде чем её сменила жестокая бравада. Лицо

ь к дверному косяку. - Кого я вижу. Под

гого, и те едва заметные различия, которых я никогда не замечала, теперь крич

, - прошептала я, с

атрально

азительная. Позволь мне объяснить на пальцах. Ты обидела Диану. Т

меня, когда я плакала из-за травли, который обещал, что никто больше никогда меня не обидит..

бишь меня, - выдавила я, с

ся резким, уро

я правильно помню. Но любовь? Милая, это никогда не было частью с

ически разрушали мою жизнь, расплывались передо мной. Вдохновитель и

щил платиновую кредитку. Он

. - Считай это выходным пособием. За твоё время. А теперь

и в его глазах, когда он смотрел на меня сверху

лос был тихой лаской, от которой у меня теперь по коже поползл

- прежде чем развернуться и последовать за братом по ко