Отвергнутая сыном, я выбрала Дона

(от перв

иринт позолоченных коридоров и мраморных полов, в которых эхом отдавались призраки жестокого прошлого. Но в отличие от дрожащей д

го, если

ве, темная мантра, защищающая мен

аточно длинный, чтобы вместить тридцать человек. Хрустальные люстры свисали с потолка, словно застывшие слезы, отбрасывая холодный, радужны

ующая Королева, с прямой осанкой и седыми волосами, уложенными в замысловатую корону. Дальше сидели стервятни

слева от Демьяна -

тобы что-то прошептать Лине, их взгляды метнулись к моей шее, вероятно,

о, с нарочитой медлительно

зко прекратился. Софья Громова положила вилку. Звук был

Софья, ее голос был

ровый, оценивающий ум. Медленно она начала крутить тяжелое золотое кольцо на правой рук

илка Фаины застыла на полпути ко рту

тяжелыми шагами и остановилась рядом со мной. Она протя

не руку

ние, это была мишень. Носить его означало претендовать на трон, ко

мать; его обсидиановые глаза были устремл

он, его голос был низким рокотом, кото

з, но также и

, когда она надела тяжелое кольцо мне на безымянный

ормотала Софья, ее глаза на мгновение встретились

ыло маской плохо скрываемой ярости. Она и Лина годами боролись за влияние, надеясь продвинуть на эту рол

стяшки пальцев побелели. Натянутая, искусствен

ающим сладость с привкусом мышьяка.

олжно быть, испытываешь такое облегчение, дорогая. Так удачно ус

тени. Фаина сделала глоток, наслаждаясь напряжением, кот

с деликатным звоном поставив бокал. - Не говоря уже о повышении. Настояща

а только что назвала меня шлюхой в самой вежливой форме,

аскрипела - хищник был потревожен. Но я н

дленным, ритмичным барабанным боем войны. Она хотела, что

дная, острая улыбка. Она думала, что поворачивает нож в р