Прошлое и настоящее Музы

Вадим укутался в воротник покрепче. Весна уже за-являла права на просторы западной России, снег понемногу сходил на нет. Однако все еще было так холодно, что до сих пор приходилось надевать зимнюю куртку и прятать нос. Телефон в кармане от уведомлений постоянно вибрировал. Вадим не обращал на него внимания из-за холода и из-за той задачи, которая нависла над ним греческим мечом. За-дача стояла перед каждым гражданином страны – добро-вольно-принудительная чипизация, которую в народе уже прозвали Процедурой.

Все 90 законопослушных миллио-нов должны были в течение двух недель попасть на укол в один из Центров, которые открылись по всей стране. А Ва-дим со своей командой должен был преподнести это так, будто все происходящее – в порядке вещей.

В далеком 2013 году некий богослов говорил, что че-ловечество в будущем неизбежно ожидает всеобщее раб-ство, причем такое, какого в истории никогда не было. Раньше можно было сбежать, можно было договориться, поднять восстание, а здесь ничего не возможно. Любое сло-во будет фиксироваться и ни с кем не удастся договориться. В общем, страшный сон всех главных антиутопистов два-дцатого века. И вот теперь сон становился явью, а Вадиму предстояло добавить этому сну реалистичности.

Два часа назад главный редактор “Российской газе-ты”, Вадим Белый, вошел к себе в кабинет, включил ком-пьютер и проверил почту. Так и есть – на плечах теперь ле-жала большая ноша. Приказания сверху о необходимости влияния на население: что сделать, как правильно и в какие сроки.

Через два часа Вадим стоял со своим заместителем в холле.

– Может, если бы у нас остался Дальний Восток, все было бы лучше? – с искренней надеждой спросил Женя, разглядывая коричневую жижу.

В офисе редакции “Российской газеты” обычно было тихо. Обычно, но не сегодня. Женя и Вадим стояли у столи-ка, растягивая по чашке свежего кофе из машины. Необхо-димо было как можно дольше не отходить от кофейного столика. Женя поглаживал бороду, а Вадим задумчиво смотрел в окно и разглагольствовал.

– Они бы придумали что-то еще. Так всю нашу исто-рию, – с укором сказал Вадим и чуть-чуть отпил из чашки. – Какое-то благое дело, за которое можно бороться. Борьба с хазарами или Ордой, шведами или французами во главе с Наполеоном, – Вадим посмотрел на Женю, желая понять его реакцию на произнесенное. – Борьба с капитализмом или построение коммунизма… Поднятие страны с колен… Защита от внешних врагов государства… И так всю историю.

По всему офису суетились редакторы, журналисты, дизайнеры, копирайтеры, корректоры, верстальщики. Их целью было заставить население поверить в правомерность чипизации, заставить поверить в необходимость этой меры.

– Не понимаю, – и Женя действительно не понимал.

В редакции в это время в бой шло все: газеты бумаж-ные и цифровые, интернет-источники, якобы принадлежа-щие другим организациям, группы в социальных сетях о политике, экономике и обществе, а также каналы на виде-охостингах различных тематик. Двадцать пятые кадры на сайтах по всему российскому интернету, идеологические вставки тут и там, случайные сообщения с программирова-нием между строк.

– Чего же непонятного – государство придумывает призрачные цели, чтобы ему было, куда идти. Если цель не будет достигнута – придумают новую, делая вид, что предыдущей не было. Если цель удастся достигнуть – тот же сценарий: придумают следующую, разве что немного отпраздновав достигнутую, – Вадим усмехнулся. – Теперь вот нашей целью внезапно оказалось возвращение Дальне-го Востока… и, как всегда, борьба с иностранной угрозой… призрачной угрозой. Лишь бы отвести внимание от Проце-дуры и выборов.

История переписывалась прямо на глазах, а Вадим и Женя допивали кофе – как можно медленнее, им ведь тоже присоединяться к общему вранью. В здании “Российской газеты” готовилась почва для чипирования точно таким же образом, как и в здании “Правды” завершалось ее удобре-ние новостями о том, что президент Сергей Ондар остается на второй срок. Все возможные каналы для изменения со-знания населения успешно работали на Госсовет. Видео об успешной политике президента в одном месте, статья о том, что ему требуется второй срок в другом, правильное, с точки зрения государственной идеи, шоу по телевидению, пара неприметных вставок в соцсетях – и дело в шляпе.

– Ладно, пошли, – Женя проглотил последние кап-ли. Он поставил чашку, рассчитывая, что все помоет убор-щица, и пошел к себе в кабинет.

Вадим направился в свой. Еще один день паршивой работы по зомбированию населения – кто же знал, что ме-сто главного редактора будет подразумевать такие обязан-ности? Первый год на этом посту прошел замечательно, как по маслу, но потом, примерно с конца 2026 года, сверху начали поступать заказы. “Российская газета” негласно начала наращивать собственную массу, по указке Госсовета делая издания поменьше своими секретными филиалами. Это было нужно для одной цели – правящие круги моно-полизировали средства массовой информации. Чтобы паства слушалась, нужно постоянно промывать ей мозги. И теперь Вадим стоял во главе этой страшной машины.

Иногда он думал о том, чтобы бросить все и уйти. Де-нег на первое время такого отшельничества хватит, а там он что-нибудь придумает. Но сможет ли он сбежать? Почти каждый день приходят проверяющие из Первой Полиции, все досконально изучают – чтобы не было даже попыток уйти из-под контроля или допустить где-то идеологиче-скую ошибку. Конечно, Вадиму и шести его подчиненным “Газеты” делали многочисленные поблажки ввиду их важ-ной миссии. Но все же правительство не допустило бы, что-бы кто-то ушел из-под контроля.

Единственное, что спасало Вадима – это искусство. Он любил писать, слушая. Писать, вымещая все, что нахо-дится в голове, выливая тяжелый поток в черные строчки. Слушать, как кто-то точно так же вымещает все, что нахо-дится внутри, выливая тяжелый поток из саксофона.

* * *

Вадим сидел перед ноутбуком, ощущая себя кем-то из великих поэтов недалекой древности, сочиняющих ми-ровые шедевры. Он закатил глаза, о чем-то глубоко заду-мался и напечатал:

Вечеринка состоялась в тот момент, когда уже все порядком устали от рутины –

именно так всегда и происходит.

Когда люди,

живущие от пятницы до пятницы,

перестали ждать конца недели, перестали вообще чего-то ждать в этой чехарде взрослой жизни.

Именно тогда,

когда бесконечный поток человеческого пота ви-дит необходимость паузы ради восполнения запасов са-мого себя –

тогда-то все и случается.

Импровизация саксофониста наполняла комнату. Вадим вздохнул, снова закатил глаза и повторил послед-нюю строчку про себя. Тогда-то все и случается. За окном вился снег, и почему-то для Вадима он вызывал сходство с сигаретой, которая тлела в пепельнице на столе справа от ноутбука. Может быть, дело было в том, что, как и снег, дым тоже вился. А может, сигарета навевала те же странные воспоминания о детстве, что и снег. То время, когда нико-тиновая зависимость только начинала свое гнусное дело, а снег еще радовал глаз и сердце. Теперь прелестные сне-жинки воспринимаются как что-то само собой разумеюще-еся, а табак как повседневная привычка. Вадим взял сига-рету – пальцы уже совсем желтые – затянулся и продол-жил:

Время сделать паузу –

время вдохнуть в легкие немного чистой жизни.

Время посмотреть на то, что ты после себя оставляешь поближе.

Это был один из тех коттеджей, которые моло-дежь арендует постоянно –

то у них дни рождения, то проводы, то новые го-ды.

Мои товарищи по реальности убивают свои тела, чтобы возвысить дух –

и так каждые выходные, каждые такие праздне-ства.

Можно успешно справляться и без убийства тела, конечно,

только это другой способ.

Я выпорхнул на легкий морозец после сытного ужина,

блестки только что выпавшего снега сверкали под окнами моей любимой забегаловки.

Фрэнк сообщил, что готовится большая вечеринка поколения,

и я начал разворачивать в голове сладкие сценарии того, что может там произойти.

Веселые бассейные прыжки

или нетрезвые соревнования без финального приза.

Скрипы ступеней или кроватей,

бильярдные метания одинокого кия,

форточки больного горла и дым без пепельницы.

– Когда?

– Скоро, –

Фрэнк повернулся против зимнего ветра, чтобы снег не залетал за воротник, и улыбнулся –

хотя понял я это только по складкам кожи у глаз.

Утром за окном чудесные хлопья и клокотание строителей новых домов.

Мужики в кислотных жилетах добросовестно раз-ламывают наследие советской эпохи,

роют новые котлованы для возведения домов гря-дущих времен.