/0/23871/coverorgin.jpg?v=bf0192b0c1ba7c3595927bd4dedbf393&imageMogr2/format/webp)
Варя
— К боссу ее! — резкий окрик и я вздрагиваю, сердце заходится в страхе, когда на меня, рассекая толпу, идут несколько мужчин крупного телосложения, окружают. В черных майках, обтягивающих раскачанные торсы. Это охранники клуба.
Делаю шаг назад на непривычно высоких шпильках, чуть не падаю, массивные пальцы смыкаются на моих запястьях и меня резко разворачивают, толкают в спину.
— Я ни в чем не виновата! — пытаюсь перекричать музыку, которая бьет по барабанным перепонкам. — По какому праву вы меня куда-то тащите?!
Не слушают. Заставляют подняться по лестницам на непослушных ногах, в то время как в голове бьется мысль, что все плохо.
Под конвоем меня проводят на второй этаж, где в конце темного коридора распахивается дверь и меня вталкивают внутрь.
Останавливаюсь как вкопанная под прицелом глаз, темных, острых. Рассматриваю мужчину. Неправильные черты лица, перебитый нос и бородка. Восточный. Страшный. Смотрит на меня оценивающе, скользит взглядом по моей фигуре, и я в страхе прижимаю свою сумочку к груди, защищаюсь от наглого пронизывающего взгляда.
— Хозяин, — выдает один из бугаев, выходит вперед и кладет на стол что-то.
Восточный мужчина опускает взгляд, цокает языком и на губах у него расцветает ухмылка, опасная, злая.
— Я… э… это не мое!
— Что не твое? — задает вопрос мужчина в дорогом костюме. Хозяин клуба сидит за массивным столом и смотрит на меня с каким-то высокомерием человека, в чьих руках моя жизнь…
— Я… я не знаю… я не понимаю, что вам всем от меня нужно! Послушайте, произошла страшная ошибка… я ни в чем не виновата! Клянусь!
Шепчу свои оправдания, едва стою на ногах, в то время как мужчина кивает одному из своих амбалов, который стоит за моей спиной. Одним жестом дает понять сподручному, чтобы он действовал, и спустя мгновение охранник вырывает из моих закостеневших пальцев сумочку.
Не обращает внимания на мой всхлип и несет ее своему хозяину, кладет на стол, а главный, надменно глядя мне в глаза, открывает ее и высыпает все содержимое на стол.
Богатства у меня нет, поэтому вываливаются женские штучки, ежедневки, которые он поднимает и вертит в руках, безотрывно и пошло смотря мне в глаза, заставляет покраснеть и трепетать, сделать шаг, чтобы по инерции отнять то, что не предназначено для мужских глаз, но второй охранник никуда не делся из-за моей спины.
Ловит меня за локоть, пальцы сжимаются сильнее и заставляют встрепенуться.
Хозяин клуба, наконец, отбрасывает свой трофей в виде моих прокладок и достает из кучи всего мой паспорт, открывает и заглядывает внутрь.
— Алексина Варвара Юрьевна, девятнадцать лет, значит, — выдает с акцентом, с глухой буквой “р”.
Со страшным пронизывающим звуком листает документ, обращает внимание на прописку… не столичную, конечно.
— Далековато живешь, Варвара-Краса, длинная коса… — ухмыляется, кривит губы, а я кошусь на крупные щербатые зубы мужчины и у меня перед глазами картины возникают одна страшнее другой.
— Господин… — теряюсь, не знаю, как обратиться к мужчине, и он миролюбиво подсказывает.
— Мухоматов.
— Господин Мухоматов, я ни в чем не виновата, правда! Я вообще впервые в столичный клуб попала… — всхлипываю, голос ломается.
Кавказец приподнимает бровь и продолжает с самым алчным видом рассматривать меня. Словно сожрать хочет и кости обглодать. Скользит своими темными глазами с головы до пят, задерживаясь на изгибах юного тела.
— Молоденькая совсем ты, Варенька, чистенькая с виду, личико не упоротое пластикой, натуральная красота, волосы длинные, чистый шелк, — цокает языком, будто сожалеет и заканчивает фразу, — приличная девушка, а в такое нехорошее вляпалась… таким людям в моем клубе оскорбление нанесла…
— Я не виновата, — повторяю опять надрывно. — Я не знаю, что вам от меня нужно! Не понимаю просто! Мы компанией отдыхали, меня пригласили отпраздновать…
— Тццц, — щелкает языком, — здесь твоего “случайно” тянет на нехилые бабки, учитывая ущерб заведению, я тебе такой срок впаяю с отбыванием в колонии строгого режима, Варенька…
— Я не виновата, правда, — выдаю совсем тихо и слезы начинают катиться по щекам, — не понимаю…
— Сейчас позвоним ментам, им и будешь объяснять, как добро свое пронесла и как планировала сброс…
— Прошу вас… — повторяю, как заведенная, — это все какая-то страшная ошибка…
Мужчина внимательно смотрит на меня, но его лицо начинает размазываться из-за потока слез, которым нет конца.
Осознание настигает внезапно. Глупая дурочка, которую подставили самым гадким и жестоким образом.
В мозгу всплывает, как знакомая попросила придержать ее место у стойки бара, присмотреть… на мой вопросительный взгляд ответила, что вернется через пять минут…
Соврала…
Теперь понимаю…
— Ну что же, Варенька, что делать мы с тобой будем? — продолжает свою беседу мужчина, а у меня все перед глазами начинает кружиться, когда он переходит на более агрессивный тон. — Ты, девочка, не только глубоко сядешь за такую провинность, ты, Варенька, еще мне весь ущерб отработаешь! Да так, чтобы другим с Айратом Мухоматовым в подобные игры играть неповадно было!
Сжимаюсь вся, слезы застревают в горле, когда дрожащим голосом отвечаю:
— Я… могу работать у вас… господин Мухоматов… могу мыть полы, убирать, все, что угодно, любую работу осилю, только отпустите меня… это все как в страшном сне… я невиновна…
Неожиданно моя реплика вызывает смех у мужчины. Он скалит зубы, похабно как-то, у меня душа в пятки уходит от этой улыбки, голодной и жадной.
Спускает взгляд по моей шее вниз, в скромное декольте простого черного платья чуть выше колен, которое я сразу же прикрываю руками.
/0/12397/coverorgin.jpg?v=08f947cf7240e2214c88fdf33739690f&imageMogr2/format/webp)
/0/12500/coverorgin.jpg?v=b24059308242e883decd2c0804efe392&imageMogr2/format/webp)
/0/11706/coverorgin.jpg?v=3bd3f3af1263f1b200f49f844ca3ff4f&imageMogr2/format/webp)
/0/16749/coverorgin.jpg?v=f755fb9869202e21b5fc7a269dda6e2b&imageMogr2/format/webp)
/0/12085/coverorgin.jpg?v=349b03550bb6c55ba5baaca0e9d6a808&imageMogr2/format/webp)
/0/20390/coverorgin.jpg?v=609fb6c9c961de4b6809ae5960cf6acb&imageMogr2/format/webp)
/0/1081/coverorgin.jpg?v=5c0fbca59ca84bd40c2773371eb3d81f&imageMogr2/format/webp)
/0/5760/coverorgin.jpg?v=4c2a6910512b2cd6389c9f6a8b26131d&imageMogr2/format/webp)
/0/2075/coverorgin.jpg?v=8b42ba0e009b984f208ac9936bcd993d&imageMogr2/format/webp)
/0/16548/coverorgin.jpg?v=805ecd50be44ab04dbb6be253298147c&imageMogr2/format/webp)
/0/979/coverorgin.jpg?v=bfa142936fbb112644c83a5f2e3f05a2&imageMogr2/format/webp)
/0/20387/coverorgin.jpg?v=da68a236919f40470f719b6d2e9bd844&imageMogr2/format/webp)
/0/20425/coverorgin.jpg?v=b086ed01115d49bdfefd059bb20badea&imageMogr2/format/webp)
/0/22856/coverorgin.jpg?v=561611b7da9fb845c2a7d81ad70aedc1&imageMogr2/format/webp)
/0/13790/coverorgin.jpg?v=24f06eec3a064dfc1262ad57fc18518d&imageMogr2/format/webp)
/0/3197/coverorgin.jpg?v=7fca5e4157b12962b5eb8ef4292da0b3&imageMogr2/format/webp)
/0/2636/coverorgin.jpg?v=ab6e08e96716c46b945aa733f2622671&imageMogr2/format/webp)
/0/15714/coverorgin.jpg?v=24c179315823a1d3f0efb9010a26fc1f&imageMogr2/format/webp)
/0/3960/coverorgin.jpg?v=c4723c9f0ba96332187da97ea412b6b3&imageMogr2/format/webp)