Хоккейный волшебник

Рассвет – дело такое… Чтобы его поймать на фотографии, придется как минимум встать очень рано, но оно того стоит.

Место выбираю идеальное: на пригорке над озером, вокруг лес, я размещаюсь в высокой траве с фотоаппаратом в руках.

Как раз успеваю сделать несколько снимков, когда слышу шум. Хмурюсь: кажется, по лесной дороге едет машина. Вообще, отсюда до трассы недалеко, но в самом лесу машины бывают нечасто. Еще и в такое время.

Сижу на коленях, прислушиваясь, и вскоре убеждаюсь в своей правоте: к озеру съезжает машина, останавливается в стороне, но из нее никто не выходит. Я задумчиво чешу нос: кого занесло в такую рань в нашу глушь? И что делать мне? Может, просто встать и уйти? В конце концов, лес не куплен, так что…

В этот момент снова слышу шум, вскоре появляется внедорожник. Тормозит чуть в стороне, из первой машины вылезает мужчина лет сорока пяти азиатского типа внешности, с ним еще парочка вдвое моложе. Из внедорожника – молодой мужчина около тридцати. Мне становится любопытно, прильнув к видоискателю, приближаю эту компанию. Со стороны кажется, что они просто общаются, по крайней мере, напряжения я не чувствую, но зачем тащиться в лес к рассвету, чтобы поговорить? Правильно: незачем. Палец сам собой оказывается на кнопке, я делаю несколько снимков. А этот, с внедорожника, интересный. Нижняя челюсть немного выдается вперед, но это его не портит, наоборот, создает интересный образ вкупе со щетиной. И глаза красивые: выразительные, задумчивые. Я бы его пофотографировала…

В этот момент мужчина смотрит прямо на меня. Я нервно сглатываю, велев себе не шевелиться. Я в густой высокой траве, он меня не заметит.

Но оказывается, что очень даже заметит. Мужчина хмурится, повернувшись к азиату, что-то говорит, и теперь все присутствующие смотрят в сторону пригорка, на котором я нахожусь. А я нутром чувствую, что пора бежать. Черт его знает, что это за люди, но вряд ли их порадует мое присутствие. Подтягиваю к себе рюкзак, и в тот момент, когда те мужчины, что с азиатом, начинают двигаться в мою сторону, пихаю фотоаппарат внутрь и, уже не таясь, бегу в сторону леса.

— Держи ее! – слышу голос, но это только придает сил. Лес я знаю, как свои пять пальцев, но, к сожалению, он не настолько большой с этой стороны, чтобы я могла сбежать. Остается надеяться, что удастся спрятаться в каком-нибудь овраге, ну или не знаю…

Дорога мелькает между деревьев, я выскакиваю на нее, и в этот же момент из-за поворота выворачивает машина. Первое мгновенье я уверена, что это конец, но машина не из тех. Поднимаю руку, тормозя ее. Лишь бы повезло, лишь бы повезло. Машина останавливается, я ныряю в салон с вопросом:

— В город подбросите?

Водитель, уставший молодой мужчина, кивает, я захлопываю дверь, и пока мы удаляемся, мучительно поглядываю в зеркало заднего вида: не появится ли кто? Но, на мое счастье, никого нет.

— Что делали в этой глуши так рано? – спрашивает мой спаситель. Я мысленно выдыхаю, поворачиваясь к нему. Лет тридцати, красивый. Волнистые русые волосы небрежно уложены назад, черты лица правильные: прямой нос, мягкий взгляд карих глаз, пухлые губы. На щеках небольшая щетина, завершающая образ.

— Люблю гулять по лесу в такое время, – отвечаю на вопрос первое, что приходит в голову.

— А убегали от кого?

— Э… – вот черт. – Встретила в лесу… лося.

— Лося? – он вздергивает брови в удивлении.

— Да, такого большого, – принимаюсь я врать, мысленно стучась головой об стену, – и рога огромные. Очень испугалась.

— И как же этот лось с огромными рогами гнался за вами между деревьев? – в голосе невольно скользит насмешливость. Блин, об этом я не подумала.

— Наверное, никак, – говорю, вздохнув. – Просто я его увидела и испугалась… В общем, побежала.

Мужчина смеется. Бросаю на него еще один взгляд. Улыбка ему очень к лицу, скрашивает уставший вид.

— Забавная ты, – замечает он, отсмеявшись. – Как зовут?

Поколебавшись, отвечаю правду:

— Ната. Наташа.

— А я Илья.

— Очень приятно.

— И мне. Чем занимаешься, Ната, когда не бегаешь от лосей?

Я бросаю укоризненный взгляд, хотя и улыбаюсь. Нет, конечно, лучше бы это, и правда, был лось. А про тех, кто остался в лесу, я не знаю даже, что думать. А о том, не найдут ли они меня, думать и вовсе не хочется.

— Я работаю в фотошопе, – отвечаю на вопрос размыто, – создаю разные картинки из фото и потом их продаю.

— Покупают? – вроде бы удивляется он.

— Да. Ну конечно, я не зарабатываю миллионы, но мне хватает.

Илья окидывает меня быстрым взглядом. Я понимаю: он-то как раз богат. Тачка дорогая, в шмотках я не разбираюсь, но выглядят на уровне, и телефон на автомобильном держателе тоже… Ладно, меня это не касается, я доберусь до города, а там уже неважно, богатый-бедный, главное, чтобы меня эти лесники не нашли.

— А ты чем занимаешься? – задаю вопрос, тоже переходя на ты. Илья делает неопределенный жест рукой.

— Веду дела вместе с отцом, продаем промышленное оборудование, – поясняет мне.

Я только киваю, точно не моя стезя, что тут скажешь?

— А в лес ходишь черпать вдохновение? – спрашивает Илья, я снова вспоминаю о лосе. Нет, все-таки это стыд. Неслась ведь, как угорелая, с глазами, полными страха… От лося.

— Конечно. Знаешь, как в лесу красиво? Ты когда последний раз просто бродил, наслаждаясь природой вокруг?

— Очень давно, – он улыбается, поглядывая на меня.

— Обязательно найди время. Бывают моменты, когда человеку нужна перезагрузка. Ты, кстати, откуда едешь?

— Из Питера.

Присвистываю.