Хоккейный волшебник

От лица Аврелии:

В гостиной повисла густая тишина, но она меня не тяготила.

Я удобно устроилась на краешке шёлкового кресла, свободно положив руки на колени, и спокойно наблюдала за разыгрывающимся вокруг меня театром.

Мой отец, Альфа Медведев, стоял у каминной полки спиной ко мне и смотрел в незажжённый камин.

Его напряжённая поза была демонстрацией суровой властности, но мой намётанный глаз видел, что чрезмерное напряжение в мышцах плеч выдавало чистое, тревожное волнение. Он нервничал. И это меня забавляло. Тяжёлые шаги по мраморному полу возвестили о прибытии посланника Короля. В комнату вошёл волк сурового вида с седеющими висками. Его лицо было маской абсолютной беспристрастности.

Воздух в комнате потрескивал от напряжения, но мой пульс оставался ровным – шестьдесят ударов в минуту в состоянии покоя. Наконец отец обернулся, на его лице застыла тщательно выстроенная маска радости. «Добро пожаловать», – произнёс он низким рокотом. Он демонстративно не смотрел на меня. Классическая тактика уклонения. Он думал, что разбивает мне сердце, но на самом деле лишь подтверждал собственную трусость. Посланник коротко кивнул, не тратя времени на любезности. Он извлёк из внутреннего кармана пергаментный свиток, перевязанный королевской синей лентой, и с тихим треском развернул его. «По указу Короля-Альфы, – начал посланник; его монотонный голос эхом разнёсся по огромной комнате, – касательно союза между семьями Волковых и Медведевых.Отмечено, что Альфа Адриан – образцовый наследник, всеми любимый и сильный. И отмечено, что его брат, Альфа Александр, был тяжело ранен серебром в Западной войне, его связь с волком разорвана, и он превратился в сломленную оболочку». Официальные описания двух братьев повисли в воздухе. Один – золотой мальчик, другой – искалеченный изгой. «Советом подтверждено, что Аврелия Медведева – без волка, – продолжил посланник, бросив на меня короткий сочувственный взгляд. – Пара без волка – неподходящая партия для будущего лидера. Поэтому помолвка между Альфой Волковым и Аврелией Медведевой отныне объявляется недействительной». У каминной полки лицо моего отца оставалось безмятежным, а взгляд – отсутствующим. Он выглядел точь-в-точь как торговец, наблюдающий за заключением сделки. Для него я была всего лишь бракованным товаром, который сбывают с огромной скидкой, чтобы сохранить союз. «Вместо неё, – зачитал посланник, – её сестра, Аврора Медведева, истинный волк с хорошей репутацией, будет соединена с Альфой Волковым. А в честь первоначального союза Аврелия Медведева будет отдана искалеченному Альфе, Александру Волкову». «Свадьбы состоятся одновременно через три дня», – заключил посланник, аккуратно сворачивая свиток и передавая его моему отцу. Коротко поклонившись, он развернулся и вышел.

Тишина вернулась.

Наконец отец посмотрел на меня, вероятно, готовясь к истерикам, слезам или мольбам, которые устроила бы «прежняя» Аврелия.